Повесть о похождениях голубых или нелегкий путь хомячка в попе пидоровой. (не моё)
Исторя про изобретение микроволновки, последнего учёного и реанимацию хомяков
Доброго времени дня!
В начале сороковых годов радар был одним из важнейших изобретений, повлиявших на исход Второй Мировой Войны. Радио Системы Обнаружения и Измерения Дальности (на Английском - Radio Detection And Ranging", отсюда название) были использованы обеими сторонами конфликта, и улучшались бешеным темпом в течении тех пяти лет.
Ключевым для изобретения микроволновок стали продолжения улучшения радаров стало появление Магнетрона, или, если точнее, Резонансного Магнетрона (Англ. Cavity Magnetron") придуманного Джоном Рэндаллом и Гарри Бутом в Англии в 1940 году. Этот новый магнетрон тне только производил импульсы ранее невиданной мощности, но и являлся крайне компактным, что позволило устанавливать новые радарные системы похожего вида на самолётах.
На картинке виден радар, установленный на самолете P-61 "Чёрная Вдова". Радары применялись в ночных операциях и требовали отдельного оператора в кабине.
Можно, я несколько отойду от темы?
Буквально на минуту.
Те мощные импульсы, которые подавал новый магнетрон, позволяющие давать сантиметровые волны (более короткая длина волны дает возможность найти более маленькие обьекты), и являются причиной, по которой нужно всем сказать - НЕ РАЗБИРАЙТЕ МИКРОВОЛНОВКИ. Их конденсаторы, предназначенные для питания мощных магнетронов, часто содержат крайне высокое напряжение. Большинство смертей любителей электроники (новичков, чаще всего) обеспечены тем, что они пытались достать магнетрон из микроволновки, именно для того, чтобы иметь доступ к огромному импульсу. Не делайте этого, если вы не тотальный эксперт. Умрёте до того, как упадёте под стол.
Итак, на чём мы остановились? Магнетрон изобретён, и над радарами экспериментируют все кому не лень. Давайте перейдём к 1945 году, когда некий Американец Перси Спенсер работал над радаром с плиткой шоколада в кармане, и заметил что шоколад начал таять.
Как и всегда, скорее всего, нагревательный эффект был замечен ранее. Но именно Перси Спенсер был первым, кто догадался, как он работает, что его можно использовать для разогрева еды, проверил свою догадку, построив металлическую коробку с радаром и кладя в неё еду, и, наконец, создав патент его компании-работодателю Raytheon на этот процесс приготовления пищи.
Первая коммерчески доступная микроволновая печь "RadaRange". Она требовала активного водяного охлаждения, стоила 5000$ ($58000 сегодня), использовала три киловатта электричества и была предназначена для ресторанов.
Но тут мы и оставим Перси, который в принципе добился успеха, став Старшим Вице-Президнтом и Старшим Членом совета Директоров в этой компании. Смешно то, что за патент он получил два доллара и никаких поблажек, стандартная цена патента, выплачиваемая любым служащим компании.
Вас, наверное, интересует "Последний Учёный". Джеймс Лавлок, родившийся в 1919 году и вправду был одним из последних "учёных", людей, которые занимались всеми науками. Тем, чем им было интересно или тем, чем нужно было заниматься их нанимающей компании. Не "физик", не "биолог", не "ядерный химик", а просто "учёный". Джеймс доктор медицины, но за свою долгую карьеру работал над инженерией климата, разрабатывал научные инструменты для NASA, изобрёл детектор электронного захвата (занятная штука! Советую прочесть статью Википдии, по возможности на Англиском).
Нас интересует его работа над криоконсервацией.
Криоконсерва́ция (от греч. κρύος — холод и лат. conservo — сохраняю) — низкотемпературное хранение живых биологических объектов с возможностью восстановления их биологических функций после размораживания.
В 1950-х годах Лавлок и его коллеги работали над эффектами и путями заморозки и разморозки животных. Мыши, хомяки и другие мелкие млекопитающие укладывались в морозильник до состояния фактической смерти - их сердца не бились, а сами они становились твёрдыми, как мороженый хлеб или мясо (впрочем, чем они и являлись). Затем животное размораживалось прикладыванием металлических нагретых инструментов или освещением горячим светом.
Проблема с этим методом заключалась в неравномерности разогревания жвотных. Как ни крути, а у подопытного будут либо ожоги, либо часть тела, разогретая достаточно, одна рабочая . И Джймс Лавлок подумал - а почему бы не использовать радар?
"RadaRange", та микроволновая печь, была создана в 1947 году. До первых доступных средней семье микроволновок было далеко (первые популярные микроволновки были доступны в 1967 году). У Джеймса их не было.
Не пробуйте его метод дома.
Хотя бы потому, что Джеймс на десять шиллингов из своего кармана пошёл и купил излишний военный передатчик, ранее принадлежащий RAF (Royal Air Force, Королевским Военно-воздушным Силам). Проверил - да, всё примерно как нужно, 30В на 30МГц. Показал это своим соратникам в лаборатории. Подумал, мда, это как-то не совсем опрятно:
Аппаратура, использованная Лавлоком и его коллегами для диэлектрического нагревания хомяков (и, как он отметил в своей статье, "других животных с массой тела в районе 100г"). Хомяков кладут между теми двумя пластинами, видных на картинке "a" в нижнем правом, а на картинке "b" в нижнем левом углу.
А что делать если неопрятно? Правильно, спросить правильных людей, могут ли они одолжить тебе военный магнетрон, созданнй во время Второй Мировой в Бирмингемском университете. Лавлоку помогло то, что он работал на государство. Он спросил, можете дать мне его на время? "О, нет", сказали они - "интересное дело, почему бы и нет? Бери просто так!"
Соединив устройство с волноводом, Лавлок добавил металлическую коробку, чтобы она действовала как защита. Это и есть принцип безопасности микроволновых печей сегодня - во всех окнах есть металлическая сетка, деление которой, являясь меньше чем длина волны, не даёт потенциально опасным волнам выйти наружу.
Хомяк, замороженный до состояния твёрдого как камень тела, при нагреве в Лавлоковской микроволновке сначала равномерно стал теплее, а потом проснулся, отряхнулся и начал бегать по коробке.
Ещё раз прошу - не повторяйте эксперимент дома. Это будет не наука, а насилие над животными. Да и наука-то уже была сделана - Лавлок с коллегами в своей статье подробнейшим образом описал разброс температур, при которых хомяк может выжить после разогрева, как его нужно разогревать и сколько должен длиться нагрев. Более пятидесяти лет назад мы уже знали, как заморозить и воскресить хомяков из состояния полной клинической смерти при помощи микроволновок.
Но сам факт занимателен. Вдумчивый читатель наверняка задастся вопросом - "А почему же до сих пор не заморозили человека?"
Размер. Просто размер. Эксперименты упёрлись в стену, когда стало понятно что человеческое тело слишком большое, чтобы охлаждаться и нагреваться достаточно равномерно таким методом. Во многих научно-фантастических книгах и фильмах описаны крио-капсулы, работающие на похожем принципе, и у них есть научные основания, как мы теперь знаем - но вряд ли получится использовать их в этом мире. А жаль - импликации такой технологии огромны. Ведь тело почти не стареет, будучи замороженным, и насколько мы знаем, не теряет ни памяти, ни времени, проведённом в сознании.
Вот такая история. Надеюсь, вам понравилось. Дальше читать не обязательно.
Это мой второй пост на Пикабу. Два дня назад @Ampi пнул меня, потому что в первом посте я обещал этот, а первый вышел аж три месяца назад. Вот, держи!
Во время написания Файрфокс решил крешнуть страницу, и пост пришлось собирать по кейлоггеру, который не слишком точно грабал ввод клавиатуры. Если будут ошибки - пишите, я исправлю. Скорее всего проглядел во время редакции.
Этот пост базируется на интервью невероятного Тома Скотта с. Джеймсом Лавлоком! Да, этот учёный до сих пор живёт в Англии на берегу моря, ему 102 года и он чувствует себя отлично. Обязательно посмотрите его видео, если вы знаете Английский. И Джеймс, и Том очень умные люди, и фразирование некоторых предложений в этой статье, я, к сожалению, не мог не слизать.
Джеймс Лавлок в Мае 2021
Ссылки из Википедии на статьи Лавлока и другие:
Ещё несколько, гораздо более длинных интервью с Джеймсом Лавлоком:
Статью написал я, К. Березовский, тег Моё. Если будет интересно, буду писать ещё.
Забытый подвиг
Ту операцию, сделанную жарким летом в военно-полевом госпитале Кандагара, можно назвать хрестоматийной. Только об уникальном хирургическом вмешательстве, которое могло закончиться трагически не только для пациента, но и для военного врача, не сказано ни в одном учебнике по медицине.
Полковник медицинской службы Иван БОРИСЮК (второй справа) и спасенный им рядовой Валентин Юрченко (крайний справа).
В Кандагаре было не до учебы
О военно-полевой хирургии до войны в Афганистане молодой врач Иван Борисюк знал разве что из книг. Да, выезжал с военными в поле, где в лучшем случае приходилось удалять аппендицит или оперировать грыжу. Тогда начальник хирургического отделения военного госпиталя в Ашулуке даже представить не мог, что вскоре будет оказывать медицинскую помощь в экстремальных условиях. На самом деле спасать жизни!
- Я тогда была на учебе в Баку, когда Иван написал, что отправляется в Ленинград на курсы военно-полевой хирургии, - вспоминает жена военнослужащего. - Закралось сомнение. Об Афганистане в то время мы мало знали, но слухи, что там происходит, все же доходили. Вернулась я домой, когда уже был подписан приказ - муж отправляется на войну.
В Кандагар Иван Борисюк приехал майором медицинской службы. Опытному хирургу сразу доверили возглавить хирургическое отделение военного госпиталя. С такими пациентами до сих пор ему не приходилось встречаться, поэтому учился заново - сразу за операционным столом. Благодаря ему тяжелораненые бойцы быстро шли на поправку и возвращались в строй.
- Иван Владимирович рассказывал, что были случаи, когда и по трое суток не выходил из операционной, - говорит Валентина Борисюк. - Санитары только подавали ему кофе и сигареты. После того как были положены последние швы, а новых раненых еще не поступило, обессиленный, он проваливался в сон.
Полковник медицинской службы Иван БОРИСЮК.
Однажды от мужа долго не было писем, а цинковые гробы уже приходили. Жена взяла себя в руки и пошла в военкомат: к счастью, сомнения не подтвердились. Тогда Валентина Ивановна написала письмо начальнику военного госпиталя Кандагара. Наконец, пришел ответ и вызов - ее знания как терапевта тоже на войне были бы не лишними.
- Я уже собиралась ехать, но военный комиссар предупредил: если я не хочу оставить сына круглым сиротой (Володя уже во второй класс ходил), то должна отказаться от своего решения, - рассказывает Валентина Борисюк. - И сегодня благодарна тому военкому за горькую, но правду.
Второй шанс
За время своего пребывания в Кандагаре Иван Борисюк спас не один десяток молодых жизней. Но случай, произошедший с рядовым 103-й воздушно-десантной дивизии Валентином Юрченко, ему запомнился навсегда.
Во время одной перестрелки с душманами украинский парень был сильно ранен. С таким диагнозом - контузия сердца и легкого, отрыв диафрагмы - казалось, жизнь других шансов не давала. Но Иван Борисюк все же рискнул.
У парня не было ни дыхания, ни сердцебиения, в прямом смысле отвалилась диафрагма, которую неизвестно чем нужно было пришивать, - подобного военный хирург не видел даже в самом страшном сне. Долгие часы над раненым - и он начал дышать, забилось сердце. Казалось, можно было вздохнуть, но что-то было не то с рукой. Иван Владимирович вызвал рентгенолога, вердикт которого просто ошеломил: в левом предплечье - граната! Не обнадежил и сапер, который тут же прибыл в операционную: взорвался боеприпас или нет, сказать было сложно.
- Конечно, проще всего и разумнее было бы ампутировать парню руку, но Ваня не мог допустить, что солдат на всю жизнь останется инвалидом, - говорит Валентина Ивановна. - Он выгнал всех из операционной и сам взялся за скальпель. Гранату доставал без специальных инструментов, никто не думал тогда и о бронежилете.
А взрыв все же раздался. Только произошло это не в операционной, а в предназначенном месте.
Если бы не отвага военного хирурга, Валентин Юрченко остался бы инвалидом.
О том, что могла тогда остаться вдовой, Валентина Борисюк узнала через много лет после уникальной операции. Ее муж не любил об этом рассказывать: считал, что на его месте так поступил бы любой квалифицированный хирург. Возможно, так никто и не узнал бы об этом случае, если бы не письмо, которое однажды попало в почтовый ящик Борисюков.
Оказалось, воин-интернационалист отслеживал судьбы наиболее запомнившихся своих пациентов. Не мог он не поинтересоваться и тем, как сложилась жизнь у Валентина Юрченко. Тот, кстати, был до конца своих дней благодарен спасителю. В этом письме он очередной раз писал самые искренние слова в адрес Ивана Владимировича. Последнему пришлось объяснить жене, откуда корреспонденция и, главное, - по какому поводу.
В том конверте, по воспоминаниям жены, лежала еще и фотография, на которой Валентин Юрченко держал на руках свою невесту. Вскоре жена подарила воину-афганцу двух дочерей.
Между прочим, в украинском городе Белая Церковь, где жил Валентин Юрченко, о подвиге Ивана Борисюка знали многие: парень рассказал своим землякам о человеке, который вернул его с того света. Вскоре в местном музее появилась соответствующая информация. Иван Владимирович как-то ездил в Белую Церковь, где, кроме Валентина, встретил еще человек пять, кого оперировал в Кандагаре.
После возвращения из Афганистана Иван Борисюк на различных должностях продолжал быть верным клятве Гиппократа. Служил в Борисове, Бобруйске, где был заместителем главного врача по медицинской части. Как признается жена, хирургу-практику административная работа не приносила удовлетворения. Затем была служба в Венгрии, и почти везде с ним была его семья. Не удивительно, что единственный сын тоже выбрал профессию врача.
Иван Борисюк мог остаться в Минске (некоторое время работал в нынешнем 432-м Главном военном клиническом медицинском центре Вооруженных Сил), но вернулся в Борисов, где долго возглавлял 592-й военный госпиталь.
- Война в Афганистане его настолько закалила, что оперировал все: с пяток до головы, - рассказывает Валентина Борисюк. - Он как-то признался, что, если бы не полученный на войне опыт, вряд ли когда-нибудь решился бы на трепанацию черепа. В общем, переживал за каждого больного, интересовался их самочувствием даже по выходным. Знал каждого своего сотрудника, кто чем живет. Они, в свою очередь, были благодарны ему не только за внимание, но и за бесценный опыт, которым Иван Владимирович не жалел делиться.
Неслучайно накануне 75-й годовщины Победы советского народа в Великой Отечественной войне в честь воина-интернационалиста, полковника медицинской службы на территории больницы в Борисове появился памятный камень. А не стало народного любимца в октябре 2010 года.
- На 40 дней к нам приезжал тот самый Валентин Юрченко, которого муж ни в коем случае не мог оставить инвалидом, - говорит Валентина Борисюк. - Недавно он и сам ушел из жизни: окончательно лишил здоровья Чернобыль, куда вместе со своим другом-афганцем добровольно поехал ликвидировать последствия аварии.
За добросовестное выполнение интернационального долга Иван Борисюк был награжден советским орденом «За службу Родине в Вооруженных Силах СССР» III степени. Но эту награду давали многим, кто служил в Афганистане.
Только он никогда не претендовал на большее, хотя хорошо понимал, что тогда, в июне 1982-го, впервые в истории советской, а может, и мировой, медицины без специальных инструментов и средств защиты в одиночку вынул из человека неразорвавшийся боеприпас.
- Однажды о подобном случае, который произошел четырьмя годами позже в Ташкенте, я прочитала в «Комсомольской правде», которую до сих пор храню, - вспоминает жена военного врача. - Но тогда граната не взорвалась (скорее всего, была небоеспособной), а во время операции хирургическая бригада работала со специальными инструментами и в средствах защиты на случай взрыва, да и было это не в военно-полевых условиях. Хирурга наградили орденом. Я никогда никуда не писала, но мне стало так обидно, что я обратилась к редакционному коллективу, рассказав историю своего мужа. Ответа так и не получила.
Сегодня эту историческую несправедливость пытаются исправить активисты борисовской организации Белорусского союза офицеров. Но пока безрезультатно. Возможно, когда-нибудь правда восторжествует и герой получит заслуженную им награду.
Хомячья Ева, или история сирийских хомяков
Это забавное животное на фото - золотистый, или, как правильнее, сирийский хомяк. История его появления в наших домах полна приключений.
Хотя сирийский хомяк был известен науке с 1839 года, его история закрутилась в самом конце 1920-ых годов. Своей известностью он обязан хомяку китайскому, а точнее, нежеланию китайского хомячка размножаться в лаборатории.
Доктор Саул Адлер был паразитологом в Еврейском Университете в Иерусалиме, и исследовал лейшманиоз. Самым подходящим животным для изучения этой болезни был китайский хомячок (тоже одомашненный в наше время), но с ним была одна проблема. Он категорически не хотел размножаться в лаборатории, и доктору приходилось выписывать хомяков из Китая. Перебои с поставками сильно мешали его работе. И доктор Адлер взмолился к своему коллеге - Исраэлю Ахарони - с просьбой найти ему хомяка, для которого Ближний Восток – дом родной.
Ахарони был довольно колоритным персонажем, и вписал своё имя в историю, как первый Израильский зоолог. Он родился под Вильнюсом, учился в Праге, а затем работал в Иерусалиме. Он много путешествовал, отыскивая и собирая животных. В то время этот регион находился под властью Турции, и был частью мусульманского мира. Евреев там, мягко говоря, не любили, а Ахарони был евреем. Он смог путешествовать лишь благодаря покровительству турецкого султана, которое он получил, раздобыв редких бабочек для личной коллекции султана.
В 1930 году Ахарони отправился в очередную экспедицию, не забыв и о просьбе Адлера. Он знал о существовании сирийских хомяков, и, искал именно их.
Провинция Алеппо - родина сирийского хомяка
Прибыв в Алеппо со своим проводником Джорджеусом, Ахарони уговорил местного шейха помочь ему с поиском хомяка. И, вот, 12 апреля, вместе с группой местных жителей, выделенных шейхом, они отправились на поиски колонии хомяков на пшеничных полях. Перекопав эти поля вдоль и поперёк, и уничтожив большую часть будущего урожая, наконец, на глубине 2.5 метра они обнаружили гнездо с самкой и 11 детенышами. Ахарони разумно предположил, что самка позаботится о своём потомстве, и поместил гнездо целиком в коробку для транспортировки. Однако, он быстро понял, что заблуждался. Ахарони описывает произошедшее так: «… Я увидел, как самка, ожесточившись сердцем, с отвратительной жестокостью откусила голову ближайшему к ней детенышу. Искренняя материнская любовь приказала ей убить своё любимое дитя. "Пусть лучше мои дети умрут, чем станут жертвами экспериментов представителя этой проклятой человеческой расы!". Когда же Джорджеус увидел этот акт детоубийства, он схватил хомячиху, и убил её, бросив в бутыль с цианидом…»
Так Ахарони остался с десятью крошечными детенышами на руках. К его чести, он и его жена отлично справились с ролью приёмных родителей, и, сумели выходить потомство. Хомячки подросли, и, разумеется, умудрились сбежать. Ученому удалось поймать всех, кроме одного. Так хомяков осталось всего 9. Затем настало время переправить хомяков в университет. Ахарони отдал их Хейну Бен-Менахему, главе зоопарка Еврейского Университета.
Бен-Менахем тоже был незнаком повадками этих мелких бестий, и поселил их в вольере с деревянным дном. Хомяки не упустили шанс, и той же ночью прогрызли дыру в полу. Пятеро из них успели смотаться. Найти их не удалось. Считается, что современная популяция сирийских хомяков в Израиле происходит именно от этих пятерых.
Бен-Менахем не обрадовался побегу, а ещё меньше этому обрадовался Ахарони, объяснив коллеге народной речью, как было непросто их добыть. Он махнул рукой на свою находку, и совершенно не надеялся, что из оставшихся хомяков получится что-либо путное. Но, Бен-Менахем чувствовал себя обязанным, и решил идти до конца. К счастью, оставшиеся четыре хомяка были разнополыми: одна самка, и трое – самцы. Усилия Бен-Менахема были вознаграждены: ему удалось заставить хомяков размножатся в новой, полностью металлической клетке. Всего за год колония разрослась до 150 хомяков, и, с неё началось великое расселение сирийского хомяка по всему миру.
Первых хомяков отправили Адлеру, который быстро перевёл на них свои исследования. Он хорошо понимал, как хрупка единственная колония, и приложил все силы разослать животных в другие лаборатории. А в 1931 году Адлер тайком ввёз сирийских хомяков в Великобританию, рассадив их по карманам своей куртки. Там он передал их Лондонскому Зоологическому Обществу, в котором, почти за сто лет до этого, Джордж Роберт Уотерхауз объявил научному миру об открытии сирийского хомяка.
Чучело хомяка, представленного Уотерхаузом до сих пор хранится в Лондонском Музее Естествознания.
Считается, что в 1938 году сирийский хомяк впервые попал в Соединенные Штаты, хотя в документах произошла ошибка, и вместо импорта указан экспорт в Европу.
Как я уже писал, хомяки оказались популярными лабораторными животными. Случается, что лабораторных животных, которые отработали свое и больше не нужны для исследования, сотрудники забирают домой, вместо того чтобы умертвить. Именно так первые хомяки оказались в домах в качестве домашних животных, и стали распространяться из дома в дом, от владельца к владельцу. Их популярность росла. Со временем ими заинтересовались зоомагазины и торговцы животными. Хомячков внесли в каталоги, стали возникать объединения их любителей. В 1947 году в одном из пометов родился хомячок с пегой окраской. Это была первая из многочисленных цветовых вариаций, возникающих в результате спонтанных мутаций генов, ответственных за окраску шкурки. Началась настоящая лихорадка — каждый стремился вывести новый вариант окраски, и в последующие годы было выведено огромное количество чистопородных линий — кремовые, шоколадные, шелковые, черепаховые и множество других. Хомячки оказались прекрасными домашними питомцами, а разнообразие в окраске только добавило к ним интерес. Произошел своего рода популяционный взрыв — в наши дни любители животных по всему миру держат, в общей сложности, более трех миллионов хомячков.
На своей исторической родине дикий сирийский хомяк находится под угрозой исчезновения. В начале 2000-ых годов, при содействии благотворительных организаций, его популяцию пытались восстановить. Но война в Сирии прервала эту работу.
Дикий сирийский хомяк в своей естественной среде обитания на полях Алеппо (в охранной зоне). К сожалению, подлинного кадра качеством лучше мне найти не удалось.
В 1990 году профессор Брайан Сайкс и его студент Крис Томкинс провели исследования митохондриальной ДНК домашних сирийских хомяков из разных частей света. Как оказалось, все они – потомки одной хомячьей Евы, пойманной в далёком 1930 году профессором Ахарони, и жестоко убитой в бутыли с цианидом. Ей так и не удалось увидеть, как её потомки расселяются по всему миру.
Николай Пирогов: он «разобрал» человека на атомы, чтобы спасать жизни
Сегодня исполняется 210 лет со дня рождения великого русского хирурга Николая Ивановича Пирогова (1810, Москва - 1881, Винница). Без преувеличения, этот человек изменил мир медицины. Его научные труды с момента их появления на свет и по сей день изучают учёные разных стран и почитают как бесценный источник знаний для настоящего врача. И даже спустя два столетия, некоторые из этих работ по-прежнему опережают время.
Кто не любит читать длинные посты, могут сразу пролистать до конца - там размещён замечательный фильм о Пирогове (30 минут).
Даже если сказать очень коротко о Николае Пирогове, на это нужен хотя бы абзац: учёный мирового уровня; хирург от Бога; анатом; основатель военно-полевой хирургии; впервые в истории медицины начал оперировать раненых с эфирным обезболиванием (по сути - первый наркоз), лично провёл несколько тысяч операций; изобрёл искусственный сустав; ввёл неподвижную гипсовую повязку (на фронте это давало не только более быстрое заживление переломов, но и позволило избавить солдат от уродливых искривлений); начал применять бинты, пропитанные крахмалом, благодаря чему резко снизилось число ампутаций; составил и издал первый иллюстрированный анатомический атлас, используя который хирурги стали оперировать, минимально травмируя пациентов; занимался ринопластикой (известная история о том, как Пирогов выкроил безносому цирюльнику новый нос); был первым хирургом осаждённого Севастополя; начал медицинскую подготовку сестёр милосердия; педагог; общественный деятель; в конце жизни создал бесплатную больницу, где работал до последнего дня.
Вся жизнь учёного была посвящена узнаванию нового. Будучи прекрасно образованным, Пирогов ещё и опытным путём пришёл к доскональному пониманию того, как устроен человек, и на основании этих знаний сделал свои революционные открытия. Подвижный, гениальный ум позволял Пирогову находить материал для развития буквально во всём: так, обычный поход на мясной рынок зародил в нём мысль, которая вылилась в новую дисциплину - топографическую анатомию или, как её тогда называли, «ледяную анатомию» (исследования проводились на замороженных трупах). А идея гипсовать переломы появилась и Пирогова после посещения мастерской скульптора, где учёный увидел, как действует гипс на тканевое полотно.
Можно сказать, что в какой-то степени, в жизни Пирогова война стала «двигателем прогресса», поскольку основоположник военно-полевой хирургии сам был участником нескольких войн.
Несмотря на выдающиеся открытия и мировой признание, на определённом этапе у Пирогова возник серьёзный конфликт с императором, он попал в опалу, а затем был уволен с государственной должности.
Собственно, более подробно и увлекательно о жизни и работе Николая Пирогова рассказывает фильм об учёном из серии «Великие имена России». В фильме есть своя «изюминка»: часть повествования ведётся от лица самого учёного - он читает записи из своего дневника (лично меня восхитил аккуратный, разборчивый почерк Пирогова, прекрасный слог, интеллигентная манера), который вёл не только для себя, но и для будущих поколений.
Не буду говорить, что фильм - прямо блокбастер, т.к. он снят в классической манере, но факты, иллюстрации и видеоряд в этой картине действительно интересны и познавательны и повествуют о жизни гениального врача и о его открытиях, о времени, в которое он жил. Думаю, фильм также будет интересен и полезен для молодых людей.
Великие имена России. Николай Пирогов. Киевнаучфильм. 1981. Источник: канал на YouTube «Советское телевидение. Гостелерадиофонд СССР», www.youtube.com/c/gtrftv
Золотые слова
Однажды в приемное отделение привезли мужичка лет 50-55. Плюгавенький весь, попахивающий. Пока вез он успел довести фельдшера, медсестру и чуть не достал каким то чудесным образом водителя.
Ну мы его приняли, прокатили по анализам и ждем вердикт хирурга. В это время он продолжает тянуть из нас всех жилы своими непонятными придирками. Сам я тогда работал без году неделя и особо еще не рыпался.
Наконец, хирург выдал свой вердикт: "Что ж, гражданин N, говна в тебе много."
По другому сказать диагноз "Каловый завал" в принципе было никак.
P.s. Хирург кстати замечательный. Не надо вешать ярлык по одной истории.
Самый быстрый нож
Автор: Сергей Ветров.
Лондон, тысяча восемьсот тридцатые годы, самое начало викторианской эпохи.
"САМЫЙ БЫСТРЫЙ НОЖ ВЭСТ-ЭНДА!"
"Он отрезает человеку ногу за 2 минуты!"
"Короткий крик - и на пол падает чья-то конечность!"
Это не история про маньяка-психопата, это познакомьтесь: профессор Эдинбургского университета доктор Роберт Листон, человек с феноменально быстрыми ножами, верной рукой и почти всегда отличным глазомером.
Хирургическая операция в начале девятнадцатого века практически не отличалась от хирургической операции в веке, например, четырнадцатом: пациента (жертву) привязывают к столу, вжух, вжух, вжух, зашили, перевязали, унесли. Инструменты и руки не дезинфицировались и даже не мылись, в качестве обезболивающего используется бутылка рома, для непьющих - удар доской по голове.
Стоит ли говорить, что смертность при таких операциях была крайне велика, и многие предпочитали тихо и спокойно умереть в кругу родных и близких от, например, гангрены, но не платить хирургу за то, что он тебя будет жестоко пытать, а потом ты один хер умрёшь.
Люди, решившиеся на операцию молились, причащались, писали завещание, и начинали искать самого лучшего хирурга из тех, что были им по карману.
Самый лучший хирург - это, несомненно, человек с хорошим образованием, умением себя правильно преподнести в обществе, красиво и непонятно говорить, и - мне следовало это сказать в первую очередь - с хорошими отзывами. Было бы неплохо, если бы у него ещё и процент выживаемости был повыше, чем у других специалистов, но официальную статистику никто не вёл и громкие свидетельства выживших были важнее тихого молчания мёртвых.
Одной из важнейших характеристик самого лучшего хирурга была скорость: быстрая операция - хорошо, очень быстрая операция - очень хорошо, супер быстрая операция - супер хорошо. ну вы поняли.
Во первых - чем дольше режешь пациента, тем дольше из него льется кровушка, а нормально переливать кровь научатся только в начале двадцатого века.
Во вторых, если пациент придёт в себя прямо во время операции, то он обязательно начнёт визжать, дёргаться, раскачивать стол и брызгаться кровью. Конечно, опытный палач всегда надёжно привязывает своего клиента, но шансы на успешный исход дела опять таки снижаются. Родственникам, взволнованно подслушивающим за дверью, очень не понравится, что этот так называемый хирург ещё и помучал своего пациента перед смертью.
(. настоящий шарлатан, вот он кто, настоящий шарлатан. бедняжка Герберт так жалобно кричал, а ведь потом этот негодяй ещё и посмел взять с нас один фунт десять шиллингов платы!)
В-третьих, организм, который после встречи с дубинкой врача-анестезиолога лежит на столе в полнейшей отключке, всё равно способен испытывать боль. Да, сознание человека погасло и ничего не чувствует, тело реагирует на боль не так остро, но если начать его медленно и вдумчиво пилить по живому - можно вызвать болевой шок и снизить и так невеликие шансы на успех.
Так вот, Роберт Листон был очень быстрым хирургом. Скажем так, в мире высокоскоростной хирургии он был как Усейн Болт на стометровой дорожке, как Михаэль Шумахер на трассе Маньи-Кур, как тот чувак который пробежал сквозь девушку Хьюи в первом эпизоде сериала "Пацаны", как..
А что, я немного увлекся, да?
Он мог профессионально удалить человеку конечность за 28 секунд.
". ростом шесть футов два дюйма, в тёмно-синем сюртуке и высоких кожаных ботинках, он расхаживал напористо и энергично вокруг бесчувственного пригвожденного к столу тела, словно дуэлянт, и повторял столпившимся вокруг студентам медицинских курсов: "засекайте время господа, засекайте время. " Свидетели отмечали, что первый взмах его ножа, скрежет пилы по кости, звук упавшей в ведро конечности - всё это происходило так быстро, почти мгновенно. Он иногда зажимал окровавленный нож в зубах, чтобы освободить себе руки. "
Это всё довольно далеко от нашего современного понимания хирургической операции, но такие тогда были стрёмные времена. Мужик достиг феноменальных результатов, стремясь делать свою работу (однажды он вырезал двадцатикилограммовую. паховую опухоль за четыре минуты) так хорошо, как это возможно, и как мог двигал науку о хирургии вперёд. (Однажды, ампутируя человеку раздробленную бедренную кость, он случайно отхватил заодно и мошонку. Две с половиной минуты на операцию). Роберт Листон разработал хирургические ножи особой формы, артериальные зажимы, фиксатор бедра при переломах - всё это используется в медицине и поныне. Он первым в Европе провел успешную операцию под общим наркозом (длилась 28 секунд), написал несколько научных работ, но легендой хирургии его сделало не это.
Однажды, в ходе рутинной ампутации ноги (две с половиной минуты!), Листон случайно отрезал ассистенту несколько пальцев. Испугавшись, он отдернул руку со скальпелем, и пропорол сюртук пожилому врачу, наблюдавшему за операцией. Тот увидел брызги крови, дырку в своем сюртуке, вот это вот всё, вообразил себя раненым и умер от инфаркта. Прооперированный пациент умер от заражения крови, ассистент Листона умер от заражения крови. (Некоторые считают, что всю эту историю выдумали завистливые конкуренты Листона по цеху, но хз).
Таким образом, оперируя одного пациента, Листон получил целых три летальных исхода - что большая редкость.
Личный хештег автора в ВК - #Ветров@catx2, а это наш Архив постов. Январь 2020
Хирургическая операция, завершившаяся 300% смертельным исходом
Возможно, вы слышали о печально известной операции с 300-процентной смертностью: врач был настолько неосторожен, что убил пациента, медсестру и случайного прохожего. Но эта операция была всего лишь одной главой в истории о знаменитом хирурге 19-го века Роберте Листоне. Давайте начнём…
1. Раньше хирургия была действительно плохой
Есть определённые утверждения, с которыми мы все однозначно согласны. Например, изобретение туалетной бумаги – лучшее, что было с человечеством, а появление Интернета – большая ошибка. Равно как и ампутация без анестезии.
Прежде чем мы углубимся в историю Листона, нам сначала необходимо понять хирургию того времени. Если вам делали операцию на заднице, ваша задница была в сознании и чувствовала всё. Все операции потенциально могли стать сюжетом фильма «Пила», и пациенты почти всегда наблюдали за их проведением.
Хуже всего то, что ампутации были популярным решением. Сломали палец? Отрезать кисть! Ушибли палец на ноге? Попрощайтесь со ступнёй! У вас болит зуб? (Звук выстрела.) До свидания. Врачи выполняли одну ампутацию за одной, и в эпоху, когда единственным способом облегчить боль и максимизировать шансы на выживание была скорость, все обращались к Листону.
2. Знакомство с мастером ножа
Роберта Листона окрестили «Самым быстрым ножом в Вест-Энде». Его способность выполнять ампутации с невероятной скоростью сделала его самым востребованным хирургом во всём Лондоне.
Работая в больнице при Университетском колледже Лондона, Листон терял всего одного пациента из десяти, в то время как его конкуренты из соседней больницы теряли примерно одного из четырёх. В чём причина? Листон был быстрым. Он мог ампутировать ногу всего за две минуты.
Поскольку в те времена вывихи лодыжки лечили с помощью ампутации, люди выстраивались в очередь к Листону. Буквально. Потенциальные пациенты толпами собирались у его кабинета. И Листону это нравилось. Он обрёл репутацию самого быстрого и смелого человека и стал героем города.
3. Листон при каждом удобном случае пытался подтвердить свою репутацию
Вряд ли вы хотите услышать, как хирург, входя в помещение, заявляет:
«У меня не похмелье! Я всё ещё пьян!»
«Мне даже не придётся снимать мои острые коньки!»
«Засекайте время, джентльмены!»
Согласно легенде о Роберте Листоне, эта последняя фраза стала чем-то вроде девиза для него. Хотя достоверность этих утверждений оспаривается, историк медицины Ричард Гордон записал историю Листона в таком виде, в котором мы знаем её сегодня. По его словам, «Засекайте время, джентльмены!» было всего лишь одним из множества эффектных хирургических методов Листона. Гордон далее утверждает, что Листон не просто использовал таймер, но и помещал окровавленный нож между зубами, чтобы освободить руки.
4. Теперь об операции, которая убила трёх человек…
Опять же, по словам Гордона, Листон, в конце концов, сократил время ампутации ноги до 30 секунд.
А теперь давайте поговорим о том, что может пойти не так, когда ваш хирург – человек-блендер, по сути. Во-первых, мы знаем, что однажды он случайно отрезал яички пациенту во время проведения операции по ампутации ноги. Однако самым примечательным был случай с 300-процентной смертностью.
Представьте себе сцену: на столе лежит пациент, который кричит не своим голосом и извивается, потому что ему вот-вот отрежут ногу. Его держат несколько человек, без которых Листон не способен творить свою магию. Он начинает резать ногу пациента, и всё идёт хорошо, пока он в спешке не отрезает пальцы своему помощнику. Однако это его не смущает. Он продолжает возиться с ногой пациента, и в итоге у него получаются пациент без ноги и ассистент без пальцев руки. Они оба заражены гангреной, потому что это обычное дело. Через несколько дней они умирают.
Если вы внимательны, вы скажете: «Но смертность в данном случае составляет всего 200%, а не 300%, как нам обещали». В своём неистовом рвении Листон схватил пальто пожилого наблюдателя и изрезал его на куски. И хотя сам мужчина не пострадал, он был весь в крови, потому что операции того времени были, ну, очень кровавым зрелищем. Думая, что его ранили, потому, что он был весь покрыт кровью, а безумный доктор продолжал размахивать ножом, старик запаниковал, упал на пол и умер из-за сердечного приступа.
5. Как бы там ни было, Листон был потрясающим
Или, по крайней мере, история, которую все рассказывают. Трудно отделить человека от мифа. Мы знаем, что, в конце концов, ему удалось провести первую операцию с анестезией.
В любом случае, самое интересной во всей этой истории то, что однажды жил человек, который так хорошо ампутировал части тела, что однажды он случайно отрезал пациенту яички и убил незнакомца, даже не задев его ножом.
Амбруаз Паре или «Я всего лишь перевязал, а рану излечил Господь»
Начнем с того, что в те годы огнестрельные раны прижигались кипящим маслом (ппц!) ибо считалось, что таким образом, в том числе, ускоряется заживление… Кхем, я не знаю, правда ли у доктора Амбруаза оно кончилось или слукавил он, но части своих пациентов он наложил обычную повязку не обработав предварительно маслом и с удивлением констатировал, что, похоже, «дедовские методы» крайне ошибочны ибо ожог после такой обработки приносил мало облегчения. Конечно, у кого-то может сложиться впечатление, что в то время в Европе к людям было такое отношение, но не спешите с выводами. Когда у тебя всего один пациент с «огнестрелом», то ты ещё можешь себе позволить как-то следить и наблюдать за ним, но когда их 100500 и тебя учили что «так правильно» (и наверняка всё это было небезосновательно, и, возможно, какой-то положительный опыт такого лечения имелся), то ты трудишься как на конвейере и возможности думать время тебе просто не даёт.
В наше время профессия врача-хирурга является повсеместно уважаемой в медицинском сообществе. Без людей подобной специальности немыслимо лечение заболеваний, выходящих за пределы границ только лекарственного воздействия на организм. Обучение специалистов занимает долгие годы и первые шесть лет ведется на общих с остальными студентами основаниях. Так было далеко не всегда. Дело в том, что долгое время в Европе к медицине относились с опаской, воспринимая любую болезнь как «дар Божий», или как наказание свыше. Однако, жить хотят все и, потому, оставив религиозную философию, общество во все времена старалось обеспечивать должную подготовку врачебных кадров, но… НО! Есть маленькое НО: любой врач веке в XV-XVI мог быть хирургом (если бы соизволил «опуститься» в глазах коллег), но не каждый хирург имел право называться врачом. Как это? Всё просто: врач в те годы – это, в первую очередь, терапевт, т.е. человек, который лечил посредством фармакологии и, желательно, без рытья внутри тела человека. В наше время всё это воспринимается с недоверием, ибо как же это, скажете вы, и будете правы, но факт есть факт: изучая Анатомию человека на медицинском факультете, тогдашние айболиты считали не очень приличным «копаться в потрохах» ибо для этого есть хирурги… А вот кем были последние? Чаще всего, высшего медицинского образования они не имели и многие из них являлись, скорее, практиками, чем теоретиками. Именно поэтому любая серьезная полостная операция проводилась под неусыпным надзором врача в обязанность которому вменялось следить, чтоб его поднадзорные чего-нибудь лишнего пациенту не отрезали…
Ну так да! Прям как в анекдоте про то как у человека разболелись уши, он приходит к хирургу, тот ему с ходу: «Отрезать. » - перепуганный больной бежит к терапевту, который ему по-доброму и говорит: «Ох уж эти хирурги, вечно им резать хочется. Вот вам таблетки – уши сами отвалятся!»
Короче говоря, отношения между тогдашними терапевтами и хирургами явно не складывались и чем-то даже сходны с тем, как в наше время полные чувства собственной важности дипломированные доктора могут свысока поглядывать на средний медицинский персонал, дескать ты – медсестра, твоё дело не думать, а исполнять
Так вот, в начальный период Эпохи Возрождения профессия врача была весьма ценной, высокооплачиваемой и, к слову, не каждому доступной, ибо кредитов на получение высшего образования тогда ещё не выдавали.
Амбруаз Паре
Добрый доктор Айболи Амбруаз родился в 1510м году в Бур-Эрсан, в окрестностях Лаваля, что во Франции. Точной даты рождения не известно, но в семье, помимо него, было ещё трое детей: два брата и сестра. Родители у них богатства не нажили ибо отец занимался производством тогдашней ручной, и не очень, клади и, потому, верно оценивая свои перспективы, молодой Паре ушел в ученики цирюльника. Нет, дорогой читатель, цирюльник в те годы не просто гламурные прически ваял, но ещё и хорошо владел колюще-режущим инструментом, и вполне мог делать элементарные операции. С учетом того, что услуги дипломированного врача были не каждому по карману, простой народ, естественно, чаще прибегал к услугам таких вот лиц.
Судя по всему, дела у молодого специалиста пошли хорошо, потому что в медицинскую школу Коллеж де Франс он все же поступает (возможно, сказалось то, что его талант был замечен одним вельможей провинциального разлива). Вот тут-то и началась настоящая учеба! Говоря про его обучение я не имею в виду бессонные ночи, табачный чад и пьяный угар, нет. Наш герой с детства был очень замкнутым и скромным человеком, поэтому в то время как его сокурсники веселились по ближайшим трактирам, Паре тихонечко копался в учебном материале (я про книги, если что!) и расширял свою практику леча неимущих.
Изучение предмета на наглядном пособии
Для молодого медика увлеченного своим делом война – редкая удача, как бы цинично это не звучало! Зато теперь, вступив во французскую армию, он – штатный хирург и может сам, без помощи и надзора преподавателей лечить пациентов, коих, к слову, после каждой битвы «вагон и маленькая тележка»! Тут-то его талант и проявился в полной мере.
Начнем с того, что в те годы огнестрельные раны прижигались кипящим маслом ибо считалось, что таким образом, в том числе, ускоряется заживление… Кхем, я не знаю, правда ли у доктора Амбруаза оно кончилось или слукавил он, но части своих пациентов он наложил обычную повязку не обработав предварительно повреждения маслом, и с удивлением констатировал, что, похоже, «дедовские методы» крайне ошибочны, ибо ожог после такой обработки приносил мало облегчения. Конечно, у кого-то может сложиться впечатление, что в те годы в Европе к людям было такое отношение, и потому «всё оно так жутко», но не спешите с выводами. Когда у тебя один пациент с «огнестрелом», то ты ещё можешь себе позволить как-то следить и наблюдать за ним, но когда их 100500 и тебя учили что «так правильно» (и наверняка всё это было небезосновательно, и, возможно, какой-то положительный опыт такого лечения имелся), то ты трудишься как на конвейере и возможности думать время тебе просто не даёт.
Амбруаз Паре за работой
Заслуга нашего героя в том, что он все же решился «осмотреться» и задал себе вопрос, «а если поступить по-другому?». Более того, с той военной кампании он вынес пользу мазевых повязок как средства обеззараживания поврежденных поверхностей. Вернувшись, Паре издает целую книгу, которая впоследствии долгое время служила учебным пособием для будущих поколений медиков. Примечательно, что поскольку высшего университетского образования он не имел, то и латынь ему изучать не приходилось, поэтому первый его труд вышел на французском языке.
Не менее важным его достижением является введение метода перевязки сосудов при операции (т.е. крупные кровеносные сосуды перевязывались нитью) . Значимость этого факта огромна, поскольку ранее кровоточащие поверхности могли просто прижигать (это если рана позволяла, а если, например, производилась ампутация конечности, то всё запросто в кипящие масло/смолу погружалось и был высок риск смерти, т.к. не каждое серденько такое выдержит).
Амбруаз Паре работает в полевых условиях
Помимо этого, добрый доктор внес вклад в травматологию, детально изучив случаи перелома шейки бедра (ОЧЕНЬ тяжелая травма, ОЧЕНЬ!), а также занимался разработкой протезов и ортопедической обуви…
Протезы Паре
Не слишком ли это много для «всего лишь» хирурга, быть может сказали тогдашние дипломированные врачи из Парижского университета, и систематически организовывали его травлю.
- Во-первых, по их мнению, сей господин высшего медицинского образования не имеет, но изволит пописывать «какие-то» книжонки.
- Во-вторых, из-за своего «подлого» происхождения не в состоянии освоить латынь, а научное сообщество – люди интеллигентные, и разговаривают исключительно на языке древних римлян, а этот непонятный субъект, презрев все правила приличия, пишет не «cranium», а…. ЧЕРЕП! Божечки, как же он органы моче-выделительной системы-то называет.
Кстати, когда в одном из хирургических колледжей Паре попробовал защитить свою работу, написанную на французском, то тогдашнее врачебное сообщество этому факту весьма взбунтовалось.
Однако, как известно, у любого успешного таланта помимо врагов есть и почитатели, и тогдашний король Франции Генрих II Валуа являлся одним из, можно сказать, фанатов профессионального творчества Паре. Находиться при дворе католического короля не мешал даже тот факт, что знаменитый хирург был протестантом по вероисповеданию. Как в последствии скажет король Карл IX, сын Генриха II, «Нам ни к чему отнимать жизнь у гугенота, который может спасти множество жизней католиков» - а произнесено оное было накануне Варфоломеевской ночи 24 августа 1572 года, когда нашего доктора мало того что закрыли в одном из помещений Лувра, так ещё и караул приставили чтоб некоторые упоротые «истинно верующие» не перестарались.
Наш герой прожил удивительную жизнь, в которой служение людям ставилось во главу угла. Даже будучи королевским хирургом он ни на минуту не забывал о своих пациентах в парижской больнице Отель-Дьё, где находились те, кто был не в силах позволить себе частную медицину. Оставаясь скромным человеком Амбруаз Паре, когда ему говорили что он творит чудеса, отвечал: «Я всего лишь перевязал, а рану излечил Господь!».
С уважением ко всем прочитавшим,
Источник: Cat_Cat. Автор: Дмитрий Хандога.
Личный хештег автора в ВК - #Хандога@catx2, а это наше Оглавление Cat_Cat (02.12.2019)
Хирург против старости: история жизни Николая Амосова
Имя Николая Амосова не стало известным, когда он сделал свои первые операции на сердце. Слава пришла к хирургу, когда его книгами о здоровом образе жизни стали зачитываться десятки тысяч людей. Амосов обещал победить старость, удалось ли ему это?
Когда на электростанции в Архангельске случилась авария, внезапно вспыхнули все лампочки, послышался нарастающий шум, машинист крикнул: «Сейчас вырубит!».
Тут же свет погас, в кромешной тьме взревели предохранительные клапаны, искры, дым и пар заполнили помещение. Молодые рабочие бросились вон, и только новоиспеченный начальник смены Николай Амосов блуждал в темноте, пытаясь что-то предпринять до прихода старших мастеров.
Вспоминая это свое первое испытание на прочность, академик-хирург Николай Михайлович Амосов говорил: «Если сравнить с кровотечением во время операции на сердце, такая авария – детская забава».
Путь Николая Амосова в медицину не назовешь прямым. Будущий хирург был сыном акушерки, принимавшей роды в селах вокруг Череповца. Мать воспитывала сына одна, жили буквально за чертой бедности.
Из-за того, что дядя Амосова считался «врагом народа», о медицинском институте нечего было и мечтать. Поэтому Николай после школы пошел в техникум, а после трех лет работы на электростанции все же решил сдавать экзамены в Архангельский медицинский, подстраховавшись на всякий случай поступлением в Заочный индустриальный институт.
Закончил Амосов одновременно оба института. Технические навыки потом пригодились при разработке уникальной медицинской аппаратуры, которая сделала возможными многие прорывы в хирургии.
Амосов не успел ни свыкнуться с ординаторской работой в больнице, ни освоить азов военно-полевой хирургии, как началась война. Он стал ведущим хирургом полевого подвижного госпиталя–2266. Госпиталь перемещался на конной тяге по полям сражений. Через руки пяти его врачей прошло за войну 40 тысяч раненых.
«Мы не дали умереть от кровотечения ни одному», – вспоминал Николай Михайлович. В 1974 году он написал повесть «ППГ–2266, или Записки военного хирурга». «За всю войну мне не довелось быть свидетелем броских, эффектных героических поступков. Но я видел другой, повседневный, ежечасный героизм, видел массовое мужество», – вспоминал он позже о работе своих коллег по госпиталю. А в дни войны каждый умерший на операционном столе казался обвинителем на невидимом судебном процессе. Амосов время от времени хотел бросить медицину и рвался в полк.
А после случая, когда легкораненый погиб от проведенной Амосовым анестезии (у бойца была непереносимость новокаина), Николай Михайлович пришел в полное отчаяние и собирался покончить с собой с помощью нескольких ампул морфия. «На фронте враг стреляет, а тут я убил человека!» – повторял он, когда его нашел и откачал коллега-хирург.
Позже, когда Амосов изобрел новый вид операции на суставах, появилась возможность помогать раньше погибавшим от сепсиса больным. В 1943 году он решил защитить по этой теме диссертацию, но в Москве, в Первом медицинском, работу не приняли по единственной причине: она была написана от руки в конторской книге. Амосов вернулся в действующую армию.
Во время войны Николай Михайлович разработал новые методы лечения при ранениях грудной клетки, написал восемь научных статей по разным темам военно-полевой хирургии. Закончил войну на Дальнем Востоке, а затем перевелся на работу в Москву, в Министерство медицинской промышленности, где и пригодились технические таланты хирурга.
Позднее Сергей Юдин, главный хирург в НИИ им. Н. В. Склифосовского пригласил Амосова к себе в институт. Правда, пришлось Николаю Михайловичу поработать инженером: разбираться с аппаратурой в операционной, чинить приборы, составлять расписание. Потом Амосов признавался, что «хотя там скальпеля мне не доверяли, кое-что я у юдинцев подсмотрел».
После ареста Сергея Юдина по ложному обвинению в шпионаже в 1948 году Амосов обосновался в Брянской областной больнице. Там он разработал новые подходы к резекции легких – при абсцессах, раке и туберкулезе. Такие операции в Советском Союзе до него никто не делал. Но неудачи продолжали преследовать Николая Михайловича: посланная в Москву статья о новом методе вернулась с пометкой, что для публикации нужно направление от администрации. Разозлившийся Амосов не стал выполнять нелепого требования и сел сразу писать докторскую.
В ноябре 1951 года он делал доклад о своих результатах в Киевском институте туберкулеза и грудной хирургии. Директор института А. С. Мамолат был потрясен его выступлением и сразу же предложил Амосову возглавить клинику грудной хирургии. В 1953 году Николай Михайлович защитил докторскую диссертацию.
Но настоящее признание пришло к Амосову, когда он стал оперировать на сердце. Первые попытки помочь детям с тяжелыми пороками были сделаны им в 1955 году.
А в 1957 году Николай Михайлович поехал на конгресс хирургов в Мексику и увидел операцию на сердце с аппаратом искусственного кровообращения. Операцию смотрели также академики Вишневский и Петровский, но только профессор Амосов побежал в аптеку покупать на «командировочные» 30 долларов пластиковые трубки, из которых он позже соорудил собственный аппарат.
Первая удачная операция, проведенная с помощью амосовского аппарата искусственного кровообращения, состоялась в 1960 году. А в 1962 году Амосов придумал особые искусственные клапаны для сердца и был избран членом-корреспондентом АМН, получил Ленинскую премию. Увлекся биокибернетикой, создал биокибернетический отдел в институте.
Его карьера была бы более головокружительной, если бы не сердце Амосова. Его организм был сильно изношен, он казнил себя за каждую ошибку, за каждый смертельный случай во время операции. После гибели девочки с пороком сердца Николай Михайлович так строго осуждал себя, что вошел в полосу тяжелого кризиса.
Он записал свои переживания – так вышла его первая книга, напечатанная в «Науке и жизни» трехмиллионным тиражом, перепечатанная десятимиллионным «Роман-газетой» и сделавшая его известным на всю страну. Строгость к себе, удивительная искренность, мужество и сострадание к пациентам обратили к нему сердца многих людей. Возможно, поэтому, когда в преклонные годы, после тяжелой операции он бросил вызов старости, придумав свою собственную систему нагрузок и ограничений, за ним, затаив дыхание, следила вся страна. Амосовская система здоровья увлекла тысячи людей, и, хотя в конце жизни академик признавался, что старость все же победила его, он дожил почти до 90 лет.
История от хирурга
Привет, пикабу! Историю поведал друг, наверно из инета хз) Решил вот с вами поделиться, прошу не кидать тапками и не минусить
Историю эту поведал знакомый доктор, я только передаю, как умею. Как-то повелось, что любим мы на даче после баньки, под шашлычок-коньячок, байки потравить в хорошей компании. Речь в этот раз зашла про чудесные спасения
Доктор тоже в долгу не остался, у него таких случаев, понятно, на порядки больше, далее с его слов, но не врач я, поэтому мог чего-нибудь переврать и недопонять, ну и байки от врачей обычно с извечным медицинским цинизмом, с особым их отношением к жизни и к смерти, которое обычного человека иногда коробит, поэтому чутка я это сгладил, в общем - не судите строго.
После окончания ординатуры, начинал я свою врачебную деятельность в 1995 году в областной больнице города Петропавловска (Казахстан). Так уж получилось, что на всю больницу был я единственный нейрохирург, да и по ощущениям, что во всем городе тоже, по скорой с ЧМТ (черепно-мозговыми травмами) везли всех к нам. Работы было больше, чем до дох…, ну если мягко сказать, то очень много. Иногда возникало чувство, что мир за стенами больницы сошел с ума и там идут боевые действия, а я работаю в госпитале почти на передовой. Дали мне тогда комнату недалеко от больницы, молодой, холостой, вот и дергали в любое время.
Очередной поздний зимний вечер, добрел я до ординаторской и решил домой не идти, чаю попить и здесь на кушетке упасть, один хер ночью обязательно поднимут. Так совпало, что и дежурство было, и несколько сложных операции, в общем на ногах уже часов 35 точно. Медсестра предложила согреть кушетку в сестринской, но не до тебя, мысли - быстрее лечь и спать, спать, спать…
Когда разбудили, глядя на часы со стрелками, долго не мог понять сколько прошло времени, если больше 12 часов, то чего же так спать хочется, не-е, видимо всего 20 минут. Морду лица сполоснул, иду, а глаза закрываются, хоть спички вставляй, еще и знобит, аж шатает, отопление что ли отключили? Хорошо хоть свет есть. В то тяжелое время в Казахстане практиковались веерные отключения, иногда в жилом секторе электричество давали лишь на несколько часов в сутки, больницы старались не отключать, но тоже частенько бывало. Короче, уговариваю себя, не всего 20 минут удалось поспать, а целых 20, а домой бы пошел, так и вообще бы могло не получиться. Ладно, кофе хлебну, у анестезиолога кислородиком подышу и нормально будет.
Так, что тут у нас? Парень в милицейской форме, младший сержант лет 23-25, лежит на каталке без сознания, получил по голове стальным прутком или трубой. Походу проломлен череп в районе стыка височной и теменной костей.
- Ладно, что тут думать, везите в операционную, вскрытие покажет.. - последние слова я произнес уже почти в коридоре.
- Э-э, какое-такое вскрытие-открытие. – заорав, ко мне подскочил целый майор милиции – низенький и толстенький казах.
- Мы его вам живого, э-э, привезли-принесли! – ухватив меня за халат орал, брызгая слюной майор.
- Успокойтесь, живой он, трепанацию буду делать, тьфу - череп надо вскрывать, вот я и сказал вскрытие – отпихнулся я от мента.
- А вы кто-что? – почти мгновенно успокоившись, майор с недоверием меня оглядел и начал принюхиваться. Да, сразу было понятно, мой вид вызывал у него глубокие сомнения. Молодой, несолидный, взъерошенный, с красными, слезящимися глазами, небритый, в помятом и не очень чистом халате, в больничных тапочках на босу ногу, которого еще ощутимо потряхивает в ознобе, да еще и зуб передний третьего дня по недоразумению потерял (поскользнулся и ударился о край раковины, губа еще не зажила и заметно шепелявил), хорошо еще запаха перегара не было (хотя медсестра спиртику развести предлагала), а так бы вылитый бомж.
- Ладно пошел я готовиться, время дорого… - рванул по коридору.
- Да вы не беспокойтесь, это нейрохирург наш, хороший доктор… – это уже пожилая санитарка майору, чей недоверчивый, узкоглазо-буравящий взгляд в спину я прямо физически ощущал. Вот еще проблема – не дай Гиппократ, помрет пациентик.
Сделал разрез, осколки убрал, ну хоть тут повезло, кровоизлияния вовнутрь нет, мозг не задет. Насчет повезло поторопился, еще одна операционная сестра тут же зашла, сказала, что в соседней операционной еще одного бедолагу для меня уже готовят. Вот блин, когда же я высплюсь?
Дал команду медсестре замесить протакрил. Это такая двухкомпонентная типа замазка, при отвердевании достаточно твердая и упругая, обладающая хорошей адгезией с костью черепа. Края дырки подровнял, дольше провозился, чем планировал, сестра уже комок в руки сует, на автомате схватил, начал лепешку формировать. Когда примерил, оказалось, что сделал минимум в два раза больше, чем необходимо, переделывать поздно, уже схватываться начала. Ладно, и так сойдет, ну будет одной шишкой больше, на и так не идеальном черепе.
Кожу натянул – шью, а червячок в душе гложет, в центре получилась чуть ли не сантиметр толщиной. Мои профессора-преподаватели за такую халтуру голову с руками оторвали бы, да-да, по самые яйца…
Больного один раз после операции понаблюдал, рекомендации написал, паренек в сознание пришел, ну понятно, сотряс сильный, но слава Гиппократу, вести всех своих прооперированных не заставляли.
Прошло несколько месяцев, о том случае уже и помнить забыл, сколько таких через меня прошло…
Очередной вызов в приемное, огнестрельное ранение головы, опять милиционер, сержант на этот раз, башка и половина лица бинтами обмотана, как 20 портянок намотали, ох уж эти фельдшера со скорой… Опрашиваю другого мента напарника, что, да как. Стреляли метров с 4-5 из Макара (пистолет Макарова, калибр 9 мм.). По касательной? Нет, почти точно в висок. Входное есть, выходного отверстия нет. Хм…, похоже не жилец, там мозги в кашу должны быть, интересно - зачем сюда везли, нам заняться нечем что ли? Ладно, подойду посмотрю. Пульс щупаю, надо же, живой еще… А, он вдруг встрепенулся, встать порывается, Азамата-суку ему, видите ли, срочно замочить надо. Как в анекдоте из серии: Пуля прошила висок, вышла из второго, но мозг не задела…
- Лежи, лежи - вдвоем с напарником еле его удерживаем.
- Замочили уже твоего Азамата, я лично и замочил, когда он в тебя стрелял - говорит ему напарник.
- Верняк замочил? Хочу посмотреть – опять встать порывается.
- У тебя пуля в голове, ЛЕЖИ Я СКАЗАЛ! – снова прикрикнул второй мент. Успокоился наконец, лежит… В полном сознании, речь немного невнятная, это понятно, но на бред не похожа. Только так подумал, начал он нас всех в кузницу звать, срочно ему вдруг наковать, что-то приспичило. И ты иди накуй, и ты доктор тоже иди накуй… Да-а, не перевелись еще богатыри в казахских селеньях. Ладно, готовьте его, и я пошел тоже…
Только я глянул на обритую черепушку, шов собственноручный над шишкой, так сразу его и вспомнил. Как я тебя то сразу не признал? Пуля вошла почти точно в центр моей лепехи, там и застряла. Попади она в череп в любом другом месте, или сделал бы я тогда все правильно – имели бы сейчас хладный труп, а так только сотрясение мозгов и дырка в коже. Вот и думай, переделывать сейчас, как было, или как положено?
Как говорил Марадона, после четвертьфинала с Англией чемпионата мира по футболу 1986 года: «Если это и была рука, то это была рука Бога» (цитата не дословная). Так, что получается? Это не халтура моя была криворукая, а именно такой вот промысел Божий?
Вот так вот) И вот держите котиков как бонус :3 А ВОТ ЗА КОТИКОВ РУГАЛСЯ БАЯНОМЕТР! :С #КотикНеБаян