Созвездие Лебедь (Права народов на недра)

Мы прилетели в Мирный в алмазную столицу России в кромешную рань. Когда после многочасового не-сна в самолёте и есть не хочется и думать и жить. Аэропорт презентовал собой нашу расейскую глушь. Не то чтобы я рассчитывал увидеть Йоханнесбург и аэропорт имени Тамбо, но… Алмазные ворота РФ оказались сродни среднерусскому автовокзалу. Семидесятых гг постройки и не ремонтировалась ни одна витрина, ни один буфетный столик. Всё сделано в СССР. И хорошее и плохое. Бриллиантовая пыль просочилась мимо причалов небесной гавани… «Алроса» компания хоть и государственная, но давно уже не совсем российская. А после Initial Public Offering на бирже, чья она, поди догадайся? Какими-то частями она принадлежит Oppenheimer Funds и Lazard. Ну и ещё много кому. С нерусскими и неякутскими фамилиями и юридическими адресами… Официально Якутии и улусам, где ведётся добыча положены проценты с прибыли. Но в эти проценты я не верю. Я увидел западный фасад Страны Саха, как вполне себе нищий край. Правда, такая же юдоль начинается за МКАД, По-Ту-Сторону-Москвы. Это одна и та же страна! В деревнях (наслегах) люди живут, как до прихода большевиков. Только те, кто сохранил хозяйства более менее живут. При коровах и молочке. Остальным — совсем трудно… Но Якутия страна не только буржуев-колонизаторов. Изначально Якутия — улус богов. И странных людей-небожителей, процветающих по иную сторону палисада банального расейского беспредела. Нам к ним.

Узорник

Во сне тревожный шелест ресниц – Послание мне из твоей вселенной. Не бойся, в комнате мы одни, И белый лебедь на твоих коленях… (Михаил Борзыкин “Белый Лебедь”)

Узорник «Звериного стиля», чаемый полубог проявился. В неожиданном месте – в селе Эльгяй Сунтарского улуса Республики Саха. В трёх часах езды от Мирного. Здесь когда-то жил якутский гений – певец, шаман и хореограф Сергей Зверев. Попросту «здесь жил Зверь» (фамилия переводится с саха как Кыыл Уол – «Зверь»). Даже и не знаю, как меня сюда занесло. На край света русской сакральной географии. Только висел кукольный месяц на расцарапанном графитом театральном небе. Только стоял немыслимый холод. А в избе Зверева мороз лютовал, не смотря на музейный статус, изба стояла нетопленой и холод свил в комнатах змеиную яму. На стенах висели шаманский бубен, балалайка, баян. Всё как положено… Зверь был шаманом и, говорят, любил оборачиваться в огромного Лебедя и летать, оглядывать окрестности, вытягивая длинную шею. Зверь имел двадцать пять детей. Чего мы про него так подробно? Зверев создал и презентовал на Фестивале молодёжи и студентов 1957 года современный якутский танец. Вершиной его хореографического творчества, как автора и постановщика танцев, является танец «ОЇуордар» («Узоры»), впоследствии неоднократно исполнявшийся на сценах Москвы и других мировых центров культуры. Главным «узорником» предстал он – великан: человек из Инобытия. (Его при жизни называли так, как и должны называть Лебедя-шамана – «Посланником Небес»). Пляс с этнографической точностью выражал характер народа. Самобытное видение пластики помогло ему создать уникальные классические элементы якутского танца: «туос иhит ойуута» — берестяные узоры, «кўэттэhии» — движения, изображающие поддувание кузнечного горна, «балталаhыы» — имитация движений с кувалдой, «уруйдааhын» — движения при восхвалении верхних айыы, «тобук холбоон ойуу» — создание узоров соединенными коленями. Шаман Зверев проговаривал метроном кукушки, хрипел суры Великого Ворона. Бил крыльями по-лебединому. Бубнил скороговорки и камлал, камлал, камлал…

И, о, да: пел осанну великому Ленину. От всех общин Востока. Наш Танцор по-другому (по-другому, чем я) оглядывал мир. И тем он несказанно интересен. «Узорник» узрел Иную Москву.

В Москву Когда меня спрашивают: «Как вам живётся в Москве?», – я отвечаю одинаково: «Как бактериям, как графитовым стержням в атомном реакторе. Вроде приспособились. Но не процветаем». «В Москву» утекает русский свет с неисчислимой скоростью, она укатывает Россию с вампирической жадностью.

Вот еще один день в компании зомби – Попробуй улететь, попробуй вспомнить, Каким был цвет её глаз… Давай выживай, танцуй на коленях Среди жирных машин и грязных денег – Ты, единственный шанс… (Михаил Борзыкин «Шанс») А Сергей Зверев пророчествовал об особой Москве. Он переводил слово с якутского, как «Мос Коба» – «Деревянная Лебёдушка». (1) Он обращал внимание на Москву с обратной стороны бытия, с Восточного Полюса планеты. Там действительно открываются «другие берега», океаны схлопываются в хлопковые палаты, а полярные огни – в кратеры золотых морей. В светоносной воздушной золе-заре реют рубиновые звёзды Кремля.

Царевна-Лебедь

И лебедь лёг у ног ея, Как белоснежная змея. Он, умирающий, молил И деву страсти умилил. (Велимир Хлебников «Венера и Шаман»)

В алхимии лебедь является символом второй стадии алхимического процесса — albedo (белое делание). В своих индоевропейских корнях «Альбедо» и «Лебедь» – одно и то же. Это стадия очищения: душа освобождается от шлака презренной материи и предстает во всей своей чистоте. Заправский танцор Кыыл Уол устроил вертёж вокруг обретённой Лебёдушки, словно князь Гвидон, разбрасывая комплименты-заклинания, как царские рубли из родовой монисты: И ты достойна всех земных похвал! Уруй, Москва! Уруй-айхал!

И Царевна-Лебедь-Москва-1957 предпринимала ответный танец, любовный дансинг из поклонов, соединения ладоней, перьев, коленей. Это сюжет для фантастического фильма. Или для фильма ужасов. Где колдунья-москва обращала духов Луны в узорный лабиринт океана. «Засыпай, охраняемый своим мужеством, будь счастлив от сознания, что ты человек, на которого ополчились волны!» (2) «Мос коба»-1957 – «Деревянная Лебёдушка» – это ещё и ладья, блаженный корабль, восприимчивый ковчег. Движение такого корабля согласно Шарлю Бодлеру – это трепет птицы и надёжность умиротворения, детского ощущения родного дома: «Это гипотеза о существовании огромного существа, колоссального, сложно устроенного, но эвритмического, животного, исполненного гениальности, страдающего, познающего все людские горести и чаяния». (3) «Мос коба» – резные сани с лебединой головой. Бешеные гонки на санях на Екатерину Санницу (7 декабря). На «Санницу» невесты выпекали колобки и катали его по белому убрусу. Колобок – это жёлтое солнце, дроблёное в муку в ступе семя, а убрус (платок, повойник) – небесное лоно. Так они символически магнетизировали своих женихов. А лебединые сани подхватывали молодых и увозили в магическую «Мос кобу», в пространство безмятежности. Мелили сугробы снежных шёлковых простыней… Москва расцветает из якутского зазеркалья, струится в облаках как ладная и ласковая, горячая в розовых птицах-снежинках, в фате из камелий – счастливая дева!

Капитализм Здесь прежде, помнится, зверинец был построен; Здесь – помню – видел я среди холодной мглы, Когда проснулся Труд и воздух был спокоен, Но пыли целый смерч взвивался от метлы, Больного лебедя; он вырвался из клетки И, тщетно лапами сухую пыль скребя И по сухим буграм свой пух роняя редкий, Искал, раскрывши клюв, иссохшего ручья. (Шарль Бодлер “Лебедь”)

Капитализм на Руси понимают неправильно. Это не «протестантская этика», усвоенная от честных бюргеров Голландии и Новой Англии. На Руси Капитал растёт из завета Ваньки Каина – первого русского «вора в законе». У нас в Капитале видят гуннов, Бич Божий. Капитализм – есть превращение народа в «осла Апулея» по гневу богов. Капитализм это «погружение в Звериное». Когда «Человек человеку – волк». Когда «умри ты сегодня, а я – завтра». В русской этике, в отечественном мессианизме (как в его государственно-имперской версии, так и в народно-социалистической) западный капитализм, как морально-этическая норма оказался не предусмотрен. Главный идеолог «правых» Константин Победоносцев и главный идеолог «левых» Владимир Ленин сомкнулись в идейной ненависти к протестантской этике и капиталистическому способу производства. И в «русской высокой культуре» образ дельца-капиталиста окрашен в тёмные краски.

Кимберлитовые унитазы

В алмазных улусах Якутии, например, нет такого явления, как туалеты. Тема эта фиксирует время в котором прибывает Внутренняя Якутия — где-то к концу Гражданской войны. Так-то есть, разумеется, куда ходить — в нужники. Там вместо золотых, алмазных да слюдяных унитазов, обещанных коммунистами — деревянные дыры и приборы из пенопласта, дабы совсем не примёрзнуть в -45, если по нужде. Вот они — наши подлинные кимберлитовые трубки!

Как говаривал герой Есенина в «Стране Негодяев»:

Я желаю в России в уборную, А уборной в России нет!

И много чего ещё конечно нет. Зато люди в массе своей хорошие. И капиталисты-людоеды. Каждый год «Алроса» выбирает чистаком «ярд» зелёных. Мы не будем, как профессор Преображенский рекомендовать им потратить этот миллиард «начав с собственных уборных». Дело вообще не в этом. А конечно же в капитализме российском, как явлении. Когда одним айпо в Лондоне и алмазы в Антверпене. А другим — ледяные сортиры. Не должно быть такой «Алросы» и не должно быть такого капитализма. Люди простые в наслегах и в клубах, в школах и в музеях Мирного, Нюрбы и Сунтара говорили все, как на перебой одно и тоже: «Почему мы ничего не получаем от алмазов? От своих недр? Почему вообще ничего?» Это притом, что Россия собирается гнать якутский газ в Китай ударными темпами. Алжирская декларация прав народов 1971 года утверждает, что помимо прав на язык, образование и культурную автономию — народы обладают фундаментальным «правом на недра». Хотя современные буржуи пытаются эту тему замылить. Но тема недр — это главная тема. И не только в Якутии, конечно, но и во всём государстве. Негодование рано или поздно вырвется наружу. Может быть завтра, а может через пятилетку. Но социальный взрыв под флагом «войны за недра» неминуемо произойдёт.

Чародея подстрелил

Чтобы закрепить капитализм в новейшей России, необходимо уничтожить русскую культуру. Опрокинув, разделив и упразднив парадигмы нашего мышления, можно организовать в Russia «полноценное» гражданское общество, буржуазное государство, построенное на монетаристских ценностях. Современные капиталисты в чиновничьих одинаковых пиджаках и в модных миланских должны знать, что главная опасность для них – это высокая русская культура. Националисты в пивных барах и торговцы рабами – «гастарбайтерами» должны отдавать себе отчёт, что есть нечто, кроющееся в подсознании и подразумевании, что обволакивает их со всех сторон, то что не при каких обстоятельствах не допустит реализации в России «миссии белого человека». Незримое и неосязаемое, обильно политое кровью революционеров и посыпанное солью этнографических экспедиций. Русская культура, верящая во всеединство мира и братство народов – это то что однажды сломает западный капитализм. Капитализм – суть тяжкое испытание для наших народов. Ивовый водолаз-ракита погрузился в чернила зимней проруби, в чужое имя, в шубу страшного животного. Но испытание несёт за собой и преображение. Съев гадюку-смерть, слив гнилую кровь капитала, убив в себе «Газпром», народ наш вернётся просветлённым и обелённым из побывки в концлагере. Сказка о Лебеде и Гвидоне — это сказка о ритуальном убийстве. В нашем случае Коршуна-Капитала.

Ты не лебедь ведь избавил, Девицу в живых оставил; Ты не коршуна убил, Чародея подстрелил. (Александр Пушкин)

По-Ту-Сторону-Зверя живёт Бог. И в законе метаморфоз – главная разгадка скифского звериного стиля. Финист-Ясный Сокол, ударится оземь, и станет пред нами Царевич. «Нет больше проклятой колдуньи». Горит в очаге лягушачья шкура «Лукойла» и «Русского Аллюминия». Пляшет и смеётся пред нами красавица «Мос Коба» — Царица-Москва. Парит над Русью её красная косынка — покров Русского Социализма…

Ключ и Замок

Справедливое перераспределение сверхдоходов от добычи полезных ископаемых между гражданами, народами и семьями нашей страны — это главный политический внутренний вопрос. Это почти, как «вопрос о земле», приведший к Октябрьской Революции. «Иван-Царевич», который сможет решить «вопрос о недрах» — станет для простого люда грядущим «Белым царём».

На гербе города Мирного находится Ключ, но не алмазный, а серебряный. В эзотерических школах Запада и Востока Золотой ключ обозначает духовную власть, а Серебряный — власть земную. Права народа на недра — это основа политической власти в следующие десятилетия, это заводная пружина социальной жизни и справедливых преобразований. Это — Серебряный ключ от Руси. Ключ найден. Осталось отогреть горячим дыханием залипший в лютой стуже замок.

Знаки Звёзд

Скифы-путешественники спускались по скрипучему в изморози крыльцу стандартной избы в наслеге Эльгяй… И светила выстроились вдоль Млечного Пути в специальный узор. Земная этнография и биология проросли уранографией и звёздными войнами. От сильного боя космических слонов в сугробы падали якутские бриллианты. Набивай карманы!

Над «Домом Зверя» парило созвездие Лебедя. И это был всем приметам звериный Зверева знак. Он предвещал Зарю Востока. Возрождение Москвы с обратной стороны «русского глобуса». Наверное сходно безумно радовался феноменолог Гастон Башляр, написав эссе «Миниатюра» о Мальчике-с-Пальчике и о яблоневых зёрнышках, где микроскопическое зёрнышко – суть маленькое солнышко. Башляр наблюдал в подзорную трубу – Там – над созвездием Большой Медведицы яркую звёздочку «Мальчик-с-Пальчик». Именно «Там», согласно швейцарской сказке, восседает кормчий космической колесницы. «Когда привычный образ разрастается до масштабов неба, нас вдруг охватывает чувство, что привычные предметы, соответственно, превращаются в миниатюры из какого-то другого мира», – предупреждает нас господин Башляр. Если смотреть на столицу с Востока, с крыльца дома в Эльгяе – увидишь Москву Лебединую. Преображённую в «звериной шкуре» трагических испытаний. Любвеобильную и верную. Крылатый град-тотем Утренней Звезды. А если с Запада – узришь Москву Смерти, Нужды и Несчастья. Выбирай, русский человек.

Белое колдовство

Иногда мне кажется, что это не эссе, а древняя молитва, заклинание на птичьем языке, эссе-ритуал. Есть древний якутский обряд воскрешения мертвеца, шамана, удаганки, тяжело больного. Голого шамана кладут на свежесодранную бересту. Танцоры-битисииты, юноши и девушки совершают обряд «поднимания», они оживляют шамана экстатической пляской, озорной весной возвращают к жизни, руду гонят по венам! Звериный стиль Сергея Зверева: Берестяные узоры танцующих человечков меняют код Умирающего Города. Под шансон на «Милицейской волне»: «А белый лебедь на пруду качает павшую звезду…» Но что это за процесс такой? Что за комбинация: крыльцо-созвездие-столица? Нормальное расколдовывание (околдовывание) города, обыденная практика, ныне почти забытая. Адресная рассылка птичьего ангелического вируса, от него молодеют, превращаются в поток света. От отражений вестников в небесных зеркалах белые птицы-сани множатся: не одна лебедь, но стая – аполлоническое авиаплемя! Лебеди-лебеди- бессчётные лебеди вместо чудовищ… От лебединого шаманского семени мятежная душа Москвы беременеет. И Москва рожает целый выводок белых и чёрных лебедят.

Это было в Москве… Недосказ и молчанье — В океанах киты, погружённые в сон. Ленин — Красный Олень в новобрачном сказанье Он пасётся меж строк, пьёт малиновый звон. (Николай Клюев)