Тайны жизни Владимира Мулявина раскроет новый документальный фильм

Завтра исполнится 77 лет со дня рождения создателя легендарного ансамбля «Песняры», одного из величайших музыкантов нашей страны Владимира Мулявина. Немало снято фильмов, которые рассказали о его жизни от и до… Или все-таки нет? Недавно нашлись уникальные семейные видеоархивы, раскрывающие новые тайны биографии артиста. Они-то и легли в основу еще одного документального кино — «Песняр. Сердцем и думами», которое создано по заказу Министерства культуры и скоро выйдет на экраны. Его автор Владимир ОРЛОВ уверен: таким Мулявина не показывал еще никто. Почему? На этот и другие вопросы эксклюзивно для «СГ» ответил создатель ленты.

Режиссер Владимир ОРЛОВ

— Владимир Александрович, в вашей фильмографии, как мы знаем, не одна документальная работа о «Песнярах» и Владимире Мулявине. Чем вас так привлекает эта тема?

— Вообще-то, «Песняров» и Мулявина снимали много и многие помимо меня. Но в большинстве случаев речь идет о концертных фильмах. Я же всегда пытался создать что-то художественное и постановочное. Мне нравится делать кино о том, в чем я лично участвовал. Уверен: только будучи свидетелем каких-либо событий, возможно что-либо передать зрителю. В данном случае это так, потому что я знал Мулявина с 1968 года, а еще много раз пересекался с его ансамблем на съемочных площадках.

— Где и при каких обстоятельствах познакомились с ним? Заметил, что по всему вашему кабинету развешаны совместные фотографии с Владимиром Георгиевичем. Вы, наверное, были друзьями?

— Когда из жизни уходит знаменитый человек, будь то Высоцкий, Быков, Короткевич и Мулявин, сразу появляются люди, которые называют себя его друзьями. При этом каждый из них считает необходимым публично рассказать, каким именно был артист в обычной жизни. Друзьями мы никогда не были: я лишь раз сидел с ним за одним столом у него дома, тогда Володя жил с первой женой Лидой Кармальской. Мы не делились сокровенным, но во время совместной работы всегда обсуждали будущее. Хоть и знаменитость, уникальный талант, но был искренним, доброжелательным и светлым человеком. Именно таким я его запомнил.

А познакомились мы при обстоятельствах весьма экстравагантных. Шел 1968 год, я был в кино уже 12 лет. И вот в богемной среде Минска как гром среди ясного неба новость: в столице появились двое артистов (их имена я называть не буду) из состава эстрадной бригады Лиды Кармальской, которые расхаживали по кабинетам ЦК и выпрашивали себе квартиры, имели привычку даже выступать там. Вскоре эти чудаки позвонили мне, предложили сделать фильм об их коллективе и пригласили на концерт в филармонию. Я еще тогда изумился: кто ж проводит выступления в три часа дня в воскресенье? Тем не менее пришел, а в зале ни души. Ко мне подошел их директор и объяснил: «Концерт перенесли в райцентр, мы прямо сейчас выезжаем. Вы с нами?» Конечно, я согласился. Зашел в автобус (как сейчас помню, это была почти аварийная «Кубань»), а там на плечиках, подвешенных на верхних поручнях, повсюду костюмы, в салоне — музыкальные инструменты. Народу было много, поэтому я сел в хвосте, рядом с красивой девушкой. Ею была Лида Кармальская.

Как только выехали за город, начался ливень. И — представьте себе — из дырявой крыши в салон автобуса полилась вода. Я был в шоке, когда все, на кого падали капли, достали черные зонтики и как ни в чем не бывало поехали дальше! К счастью, меня и мою спутницу не зацепило. Она стала угощать меня содержимым своей «ссобойки», а в какой-то момент попросила передать еду слегка лысоватому парню, сидящему спереди. Им оказался Володя. Мы разговорились. Он рассказал, что эта эстрадная бригада подыгрывает ему и Лиде. Она тогда еще выступала в уже исчезнувшем стиле художественного свиста.

— Но тогда же вы никакого фильма не сняли. Кино о Мулявине вышло немного позже.

— Спустя два года после знакомства, когда они — тогда еще «Лявоны» — в октябре 1970-го сумели завоевать сердца московского жюри на четвертом Всесоюзном конкурсе артистов эстрады и взять второе место вместе с Львом Лещенко. Тогда это был фурор, и я решил: «Надо срочно подавать заявку в Москву на создание фильма». Написал ее. И буквально через две недели мне позвонили: «Начинайте снимать сейчас». Вы представьте: обычно бумаги на кино рассматривали больше года, просили досылать кучу смет и подробных отчетов. А тут прошло всего две недели — и никаких вопросов! Фантастика!

Уже в ноябре я и мои коллеги придумали концепцию фильма, в основе которого была бы традиционная «Батлейка». По аналогии в ленте все композиции «Песняров» разделились на три яруса: сначала — песни о любви, затем — о быте, в финале — шуточные. Уже через месяц в павильоне «Беларусьфильма» вовсю шли съемки, а в январе 1971-го картину «Песняры» впервые показали на телеэкранах.

— Какие еще совместные проекты у вас были?

— После этого мы с Володей какое-то время ничего не снимали. Творческое затишье продлилось до 1987-го. Тот год был одновременно и продуктивным, и не совсем. Мне удалось выпустить фильм «А также цирк», чуть позже телеспектакль «Комедиант» по мотивам произведений Винцента Дунина-Марцинкевича. Но остался и нереализованный проект — «Гусляр». Это историческая кинолента, в которой я хотел показать противостояние художника и князя, творца и владыки. Разумеется, с участием Мулявина и «Песняров». Съемки должны были проходить в Новогрудке. Мы успели даже подготовить площадку, написать сценарий и пригласить артистов, но потом позвонили сверху — и пришлось процесс остановить. Мол, как это так, в 70-летие Советов белорусы снимают очередной фильм о противостоянии власти, пусть и средневековой. В общем, не сложилось.

В 90-х решил снять о «Песнярах» трилогию. Первые два фильма — «Песняры». Белорусское чудо» и «Песняры». Прерванный полет» — вышли, а заключительная часть «Разменянные песняры» — нет. Уже в то время чувствовалось напряжение в ансамбле, ощущался кризис между его участниками, поэтому мы решили отложить выпуск.

— А почему спустя 15 лет после того, как Владимира Георгиевича не стало, вы вернулись к его персоне?

— Как-то вечером пересматривал свои фильмы с Мулявиным и понял: в каждой работе много грусти. Но в жизни ведь Володя был светлым и жизнерадостным человеком. И мне очень захотелось через кино показать его именно таким. А приблизительно в это же время обнаружились аудиозаписи разговоров Мулявина и семейные видеоархивы. Но это скорее повод, не причина.

Признаюсь, в фильме мне очень хотелось добиться искренности и погружения в историю жизни Мулявина. Я все-таки неплохо знал его, поэтому решили, что так получится намного лучше, чем просто рассказ о фактах биографии. Весь фильм — попытка выяснить, каким же все-таки был Володя. Ведь у всех он ассоциируется с широкой улыбкой и легкостью. Но было и по-другому. Вот вы, к примеру, знали, что в последние годы Мулявин обратился к вере, пытался с помощью религии найти ответы на вопросы, которые не давали ему покоя. Когда артист был в Жировичском монастыре, он остановился около иконы Божьей Матери и сказал (цитирую дословно): «Мы очень много получили в молодости счастья, радости, и мы не могли воспользоваться ею. И Бог уже давно спрашивает меня: «Почему вы не могли воспользоваться? Я же вам дал столько много. Поэтому немножко я вас накажу». Что тогда он имел в виду? Мы попытались найти ответы. Постарались рассказать, каким он был с близкими, раздобыли кадры, которые погружают зрителя в атмосферу Володиного дома. Получился и очень интересный разговор с членами семьи Мулявина. Во время просмотра фильма можно ощутить всю энергию этого человека.