Популярное кино как зеркало национальных стереотипов.

Так получилось, что особых планов на сегодняшнее утро у меня не было, а в Синематеке решили показать этот фильм. Когда-то, по приезде в страну, я смотрела телевизор на иврите, чтобы скорее выучить язык (нет, вы не ошиблись - именно я и именно телевизор, впрочем, это продолжалось недолго) и случайно увидела "Казаблан". Судя по давним воспоминаниям, там были неплохие гротескные танцы - это-то я и пошла сегодня проверять. И фильм навел меня на совершенно другие мысли.

Казалось бы, что можно написать про это незамысловатое кино? Развлекательный фильм про ашкеназскую барышню и сефардского хулигана, основная мысль которого выражена в одной из песенок: "Все мы евреи". По ходу действия выясняется, что у марокканского хулигана есть героическое прошлое, что он на самом деле - честный человек, просто недостаток образования да нападки окружающих ашкеназов немного испортили его, и фильм заканчивается тем, что новорожденного с ашкеназской фамилией называют в честь сефарда, а барышня готова выйти замуж за хулигана.

Казалось бы, обычная попса, что тут смотреть:Но нет, друзья мои.Это попса не обычная, это попса показательная.

Среди моих читателей есть немало имеющих собственное мнение об израильской ментальности, но никогда в Израиле не бывавших или бывавших наездами. Немало и таких, что живут исключительно в русской среде. И тем, и этим я очень посоветовала бы посмотреть этот фильм - он до такой степени насыщен и перенасыщен национальными стереотипами, что кажется мне очень недурным пособием по нашему местному самосознанию.

Не стану расшифровывать свои слова, и сделаю это сознательно - если вы хоть немного склонны к рефлексии, то попробуйте посмотреть мюзикл, а он смотрится легче легкого, полностью вжиться в него, дать ему захватить вас, а потом посмотрите на результаты, на свои чувства и ощущения, на изменения, происшедшие в вас после фильма. Вы увидите интересные вещи.

Со своей же стороны отмечу только несколько деталей. Несомненной психологической удачей мне кажется то, что образ благородного восточного вора строится именно вокруг понятия "кавод", которому в русском языке нет аналога - это и личная честь, и само уважение окружающих, и жесты уважения. По моим наблюдениям, непонимание между так называемыми западными и так называемыми восточными людьми - я осознаю всю относительность таких понятий - слишком часто строится именно вокруг этого самого кавода, неоказание которого для восточного человека автоматически вычеркивает партнера из отношений.

Две фразы в фильме весьма показательны в этом отношении: "У нас в Касабланке человеку оказывали кавод, даже если он вообще не человек" и "Он может быть вором, он может быть взломщиком, он может быть кем угодно, но он честный человек" (=у него есть кавод). Кавод для восточного человека - это не то, что надо заслужить. Это то, что есть у всех и всем полагается, а потерять это почти невозможно, даже нелюди имеют право на кавод. Западный же человек сначала хочет знать, за что ему оказывать собеседнику особое уважение. Вот тут-то и случаются конфликты. И по сей день случаются. Прожив много лет с арабами и марокканцами, я наблюдала их очень часто.

Второе, что было мне интересно в этом фильме - его ксенофобия, которая как подводное течение сопровождает историю про дружбу народов. Не стану говорить об очевидном, о том, что Каза - невежественный и примитивный, а его польская возлюбленная - образованная. Это самоочевидно и не интересно. Скажу о других, куда более тонких вещах, обрабатывающих зрителя незаметно.

К примеру, в разговоре с бывшим командиром Казаблан предъявляет справедливые претензии к разбежавшимся после войны однополчанам - почему они не пригласили его к себе на шаббат, почему не поставили Моцарта, чтобы он отведал и его и узнал: Моцарт - не то, что подают в бутылках. Казалось бы, что в этом такого?

Да то, что этот Казаблан сам мог бы поставить своим однополчанам кое-какие неизвестные им записи, не менее значимые для истории музыки, чем Моцарт. И немало подобных записей. Уж не марокканцу, даже самому простому, пенять на недостаток музыкального образования.

Таких моментов в фильме немало, и они о многом говорят. И именно их незаметность ярче всего свидетельствует о некоторых особенностях нашей ментальности. Не только то, что русские до сих пор способны сказать "они вчера с дерева слезли" о марокканцах, но и то, что им и в голову не придет считать марокканских или персидских классических композиторов столь же необходимыми для образованного израильтянина, что и Моцарт. Сами израильтяне такого уже не говорят - про марокканцев. И даже потихоньку перестают говорить про русских. Сегодня они говорят это про эфиопов.

Ничто никуда не девалось.

В общем, посмотрите фильм. Не стану продолжать рассказывать вам обо всем, что я там заметила - внимательный зритель заметит еще много интересного.