Галина Стаханова: Мне скоро 75, а я так и не узнала настоящей любви

Мы сидим за столиком в кафе в московском Ясеневе и смотрим старые фотографии. — Вот это Марина Влади, — показывает снимок Галина Константиновна. — А это я. Видите, так же одета? Я ее «дублировала»: по мне ставили свет. А потом в кадр входила Влади. А я уходила.

Галина Стаханова снялась в десятках известнейших фильмов. Иногда это были несколько секунд в массовке: «В «Девчатах» есть сцена, где девушка кашляет. Так это я!» Потом роли вроде бы пошли, но карьеры — чтоб фотографии на обложках и поклонники в подъездах — так и не случилось. Радуясь каждому крошечному эпизоду, она зарабатывала на жизнь то завхозом, то билетершей и роптать на судьбу не смела: в конце концов у нее ведь и диплома актерского нет. А потом молодость ушла, она стала бабушкой — и… Режиссеры стали наперебой звать ее сниматься. Ничего удивительного: возрастных актрис много, а классическая бабушка — с добрыми глазами, лучистыми морщинами, пучком волос — она одна. Такая судьба.

— Галина Константиновна, вы современное кино любите? — Очень. Меньшиков нравится, Домогаров — это из наших молодых актеров. Хотя не такие уж они и молодые, конечно. Еще Светочка Ходченкова, Макс Аверин.

— А если сравнивать советское кино и нынешнее, какое лучше? — Сейчас, конечно, хуже. Раньше кино, какое ни возьми… В общем, это история наша. «Свинарка и пастух» до сих пор мне очень нравится, «В шесть часов вечера после войны» (известные картины Ивана Пырьева 1944 года) — очень люблю там Евгения Самойлова. Когда я устроилась работать в Театр имени Маяковского ученицей гримера, все его спектакли смотрела.

— Как же вы влюбились в сцену? — Я из бедной семьи, жили тяжко. Особенно, когда вернулись из Алма-Аты из эвакуации. Приехали с мамой вдвоем — нас отец бросил. Жить было негде, и мама устроилась в МГУ дворником, чтобы нам дали место в общем бараке. Вповалку спали, а ночью мама на мостовой колола лед. Потом стала постирушки на дом брать, полы людям мыть. Рядом был Дом культуры МГУ, мы с подружками туда в окошко все время заглядывали — смотрели, как там танцуют. И однажды оттуда вышла хореограф Марьяна Герасимовна: «Идите сюда, девочки». Мы тоже стали танцевать, в драмкружок пошли. Меня это затянуло страшно.

Маленькая Галя с бабушкой и мамой. Примерно 1944 год.

— Но в театральный поступать не стали? — Я ведь рано пошла работать — нужно было матери помогать. Первая работа была в том же МГУ, телефонисткой. Аттестат получила в школе рабочей молодежи. Куда там учиться на актрису! А потом время вышло. Мама работала домработницей у знаменитой тогда актрисы Веры Пашенной, как-то она меня послушала. Похвалила, но сказала: «Поздновато тебе поступать». Еще сказала, что блат нужен. Я и не стала.

— Но мечта стать актрисой никуда не делась? — Нет. Кроме театра, мне еще понравилось кино смотреть. Бывало, в детстве сядем перед первым рядом прямо на пол, билетерши пускали бесплатно. Крутили трофейные фильмы — американские, с Диной Дурбин. И наши, конечно, тоже. Потом я приходила домой и пыталась петь песни Любови Орловой из «Цирка», из «Светлого пути», повторяла диалоги. Через какое-то время нам дали отдельную комнатку в коммуналке недалеко от ГИТИСа, и я устроилась туда на работу — по хозяйственной части. Вечерами, когда студенты уходили, я приходила в репетиционный зал и пела. Воображала себя артисткой.

— У вас не было чувства обиды, зависти: мол, другие ребята учатся, а как же я? — Обиды никакой не было. Мечтала просто: вдруг и мне подфартит? И до сих пор не завидую. Кого-то взяли в картину, кого-то не взяли; у кого-то большая роль, а у меня эпизод. Ну и что? На любой эпизод я с радостью соглашаюсь. Потому что я считаю, что из каждого эпизода можно сделать конфеточку. Я стараюсь так играть даже небольшую рольку, чтобы прослеживалась судьба человека.

«В театр пошла по совету Гундаревой»

— Как вы все-таки оказались на сцене? — Меня на это сподвигла Наталья Гундарева. Мама работала в Театре Маяковского костюмером, как-то она попросила Наташу меня посмотреть. Она и говорит: «Поступать, конечно, поздно. Но ведь сейчас очень много народных театров. Попробуй!» Мне тогда лет 30 уже было. А в эти театры конкурс был страшный. Мы с подругой пошли попытать счастья в Студенческий театр МГУ. Меня взяли, а подругу нет. А там Марк Захаров ставил, сразу дал мне роль. Марк Анатольевич, дай бог ему здоровья, научил меня самостоятельно мыслить, творить. И Роман Виктюк ставил в Студенческом театре. Это такая школа была!

— В народных театрах ведь зарплат не было? — Не было. Это был самодеятельный театр, для души. Днем — работа, вечером — репетиция или спектакль.

— Переживали, что в профессиональный театр не попали? — И в мыслях такого не было. Судьбу никогда не кляла. Депрессия у меня была всего раз, когда я работала на стадионе Ленина (нынешние «Лужники». — Авт.). Я была там билетером, агентом по снабжению. В 1990-х съемок почти не было. И тут меня сократили — возраст-то уже пенсионный. Вдобавок у меня умерла мама. Я остаюсь одна с дочкой, которая еще не устроена. Такая была паника. Господи, как жить на одну пенсию?! Поплакала, а потом собрала свои фотографии в альбомчик и пошла по актерским агентствам. Через какое-то время стали звать сниматься. И выбралась я из этой депрессии, стало все налаживаться. Где-то в 2009-м даже поехала за границу — в первый раз и сразу на гастроли. Роман Виктюк тогда решил поставить антрепризу, спектакль «Запах легкого загара». С этим спектаклем мы поехали в Одессу, Киев, Санкт-Петербург, а потом и в Израиль.

В спектакле Романа Виктюка «Запах легкого загара».

— А когда вас стали узнавать на улице? — После рекламы подсолнечного масла. Я как-то спокойно к этому относилась всегда. Только люди мучают иногда очень, сфотографироваться просят. В прошлом мае в Турции были — я не могла спокойно отдохнуть. Просто каждую секунду подходили!

Та самая реклама масла (2002 — 2003 гг.), после которой Галину Стаханову начали узнавать на улице.

«Ролана Быкова вспоминаю с благодарностью»

— Вы сыграли, наверное, уже десятка два бабушек. Какая из этих ролей самая любимая? — Бабу Маню из «Елок» люблю. Но самая любимая все-таки из «Детского сада» (фильм 1983 года. — Авт.). Потому что это была самая первая моя бабушка, большая роль и режиссер — сам Евгений Евтушенко. Мне тогда было 43. Еще был фильм «Мы везем с собой кота» (кино 1989 года. — Авт.), я там сыграла няню Полю. Прекрасная роль, большая, великолепная. Телефонистка в «Шуре и Просвирняк» (картина Николая Досталя 1987 года. — Авт.). В «Черной метке» (мистический сериал 2011 года. — Авт.) хорошая роль: я там добрая, прекрасная женщина — никто и не подозревал, что она убийца и есть. Там такой моноложище у меня! Куда там Вассе Железновой до нее! А в молодости я мечтала сыграть Катерину из «Грозы», мамашу Кураж по Брехту. Ну… Не случилось и не случилось.

В автобиографическом фильме Евгения Евтушенко «Детский сад» (1983) Галина сыграла первую крупную роль. И сразу бабушку.

— Есть такой стереотип, что в актерской среде царят свободные нравы. Может, и вас это смущало и потому вы не решились окунуться в этот мир с головой, а наблюдали за ним чуть со стороны?

— Наоборот, я всегда защищаю актеров, когда о них так говорят. Бывает, люди начинают судить-рядить: «Такие-сякие, проститутки!» А я каждый раз отвечала: «Не судите по себе».

— А у вас романы с актерскими были? — Бывали какие-то моменты, бывали.

— Писали, что за вами Ролан Быков ухаживал. — И это было. Он как-то пришел на юбилей Студенческого театра. И завертелось. Умел он ухаживать… Стали жить вместе. Но потом не сложилось, все-таки разные мы были. Но я не хочу особенно об этом говорить, столько лет прошло. Уже после его смерти мы с Леночкой Санаевой встретились, его женой. Очень по-дружески, хорошо поговорили. Я ей фотографии Ролана отдала, какие у меня были. С благодарностью Ролана вспоминаю. Я его маму очень хорошо знала, брата.

— А сейчас кто ваша семья? — Дочь, внучка и я. Живем вместе.

— К внучке на предмет драматических талантов присматриваетесь? — Она интонации очень здорово схватывает. Посмотрим, что сама выберет. У меня все-таки всегда был трезвый ум. Я и дочь не тормошила, не заставляла куда-то поступать, дала возможность подумать. Дочь преподает в медучилище, у нас очень дружеские, прекрасные отношения. И мы практически не ругаемся.

А для Лизы она самая настоящая бабушка, не киношная.

— И не хотелось вам, чтобы дочка в артистки пошла? — Нет, категорически. Машка очень разумный человек. Она говорила так: «Быть посредственностью не хочу, а такой, как мама, не буду, потому что надо иметь дар Божий». Вот слова моей дочери. Понимаете?

«Дочку родила для себя»

— Какая вы бабушка в жизни? Готовить любите? — Я по супам специалист. Борщок, всякие рыбные супчики, люблю щишки кислые, щавелевые варить. Окрошечку люблю делать. А по вторым блюдам у меня дочь главная.

— Галина Константиновна, а если начать все сначала, что бы вы сделали по-другому? — Ничего! Ну, хорошо бы, конечно, школу обычную окончить, а не рабочей молодежи, поступить в театральный вуз, чтобы потом взяли в театр хороший. Но лучше пусть будет так, как есть.

— Как же вам удалось избежать свойственного актерам самоедства, обид? — Может быть, это иммунитет поколения такой. Мы же еще в военные и послевоенные годы научились все препятствия преодолевать легко. Если бы мы все переживания скапливали, если жила бы в нас злоба, это было бы ужасно.

Баба Маня из киноальманаха «Елки» сделала Галину Константиновну настоящей звездой.

— Что вы вспоминаете в первую очередь, возвращаясь в памяти в прошлое? — Разное… Часто вспоминаю, как тяжело было, когда к нам с мамой вернулся отец. В алкогольном угаре, с белой горячкой. Спать ложился, положив нож под матрас. Однажды совсем допился, увезли его в психушку. Я умоляла: «Мамочка, не бери его обратно!» Но она его пожалела, взяла. Так и жил с нами. А я в школу шла и оборачивалась, не идет ли он за мной с ножом. Потом он умер. Но у меня до сих пор его голос в ушах стоит: «Убью! Зарежу!»

— Вы так и не создали семьи, но… Это ведь не стало для вас трагедией? — Да, для меня это не стало бедой. Я и не стремилась ее создать, раз не встретила любовь такую уж большую. Даже Машенька, дочка, не ребенок любви. Она просто мне нужна была, и я ее родила.

— А любовь вообще бывает, как думаете? — Поскольку я не получила такого женского счастья, даже и не скажу. У меня не было любви с мужчиной по-настоящему.

— Мне кажется, вы все равно много о ней знаете. — Конечно. Может быть, мне иногда удается сыграть чувства даже более искренне, чем тому человеку, который действительно получил эту любовь. Потому что внутри живет надежда: «а вдруг?!» И все же я не могу осознать, что такое настоящая любовь. Я люблю, конечно, свою дочь, внучку. Но это другое. Флюиды, притяжение — это хорошо, но тоже не то. Я вообще не знаю, как понять это — что такое любовь. Это очень сложно. С работой понятнее. Мне в этом году исполнится 75 лет, но я готова много работать. Согласна сниматься и в дневные, и в ночные смены, готова к любым ролям.?

Галина СТАХАНОВА родилась 12 октября 1940 года в Москве. Образование среднее. Работала телефонисткой, начальником снабжения, старшим контролером на стадионе. Сыграла более чем в 70 фильмах и сериалах, в основном это роли второго плана и эпизоды. Снялась также в клипах Гарика Сукачева и группы «Секрет».