Форма правления и институты публичной власти средневековых Новгорода и Пскова

Черты городского самоуправления европейских городских республик, основанных на более или менее выраженной демократической традиции, воплощались в новгородско-псковском государственном строе. Несмотря на выраженный аристократический оттенок в основе этого строя лежала вечевая форма власти. К этой форме публичной власти тяготели преимущественно северо-западные земли: Новгород, Псков, восточные новгородские колонии (Вятка), Полоцк, отчасти Смоленская земля. Географическое положение этих земель, неблагоприятное для земледелия и благоприятное для торговли, способствовало сосредоточению населения в городских общинах, существенной роли городского плебса в создании совокупного общественного продукта. Сношения с северогерманскими городскими общинами лишь усиливали в общественном сознании и так издревле оформившуюся уверенность в том, что подготовленные аристократическими советами решения необходимо обсуждать с вечем.

Еще в 1015 г., незадолго до смерти Владимира, новгородцы вместе с князем Ярославом прекратили платеж дани Киеву и обрели самостоятельность. Новгородская земля состояла из пригородов и волостей. Пригороды пользовались значительной самостоятельностью: собирали собственные веча, принимали или изгоняли неугодных посадников, присланных из Новгорода. Позднее части земли были поделены между частями Новгорода на пятины для удобства управления. Также было устроено управление Псковом и псковскими пригородами (по два пригорода на конец). Новгород в узком смысле делился на две стороны: софийскую на левом берегу Волхова и торговую на правом. На левой стороне, в частности, располагался детинец, а в нем Софийский собор и двор архиепископов – хранилище городской казны и законов. Город делился на пять концов: три на Софийской и два на торговой. Детинец и торговище в концы не включались. Управление, суд и заключение сделок сосредоточивалось в концах.

Важнейшие вопросы решались кончанскими народными собраниями (вече). Кончанские старосты (выборные правители концов) были представителями концов в общегосударственном управлении, их печатями скреплялись грамоты Великого Новгорода. В переговорах с иностранцами участвовали выборные от концов. Главное судилище Новгорода состояло из выборных от концов по два боярина и по двое их житьих людей. В военных походах концы выступали в качестве полков. Концы делились на улицы – самоуправляющиеся общины во главе с уличанскими старостами.

В отличие от Западной Европы уличанские, кончанские и городские веча не были сходками цеховых ремесленных организаций, а представляли собой собрания членов соответствующих территориальных (соседских) общин [1] . Городская община в этих землях в отличие от сельской продолжала включать аристократический элемент. Поэтому бояре, своеземцы во многом определяли политику улиц и концов, нередко стояли во главе соответствующей территориальной самоуправленческой структуры. Однако участниками веча были не только зажиточные горожане, но и масса рядовых горожан, простые люди, торгово-ремесленное население города, "черные люди". О псковском вече тоже известно, что в его состав входили и средние, и молодые, и мелкие люди. Внешняя сторона вечевых собраний была вполне формализована: существовали в качестве канцелярий вечевые избы, служащие там вечевые дьяки, имелись как особая печать Новгорода, так и собственные печати каждого кончанского веча, которыми распоряжались старосты.

Право избрания князя новгородским вечем было признано всеми князьями на съезде 1196 г. Вечевое самоуправление и соответствующие ограничения княжеской власти были закреплены формальными письменными договорами (первый известный – 1260 г.). Договоры заключались Новгородом с каждым князем отдельно и различались по содержанию. Основными позициями договоров были: обязательство "не замышлять войны без новгородского слова", судить и править по местным обычаям, не отменять изданных ранее грамот, не наказывать и не лишать имущества без вины, не раздавать волостей и не давать грамот без посадника. Кроме того князь не имел права рассматривать жалобы холопов на господ. Ограничивается административная власть князя – он не мог назначить правителем волости того, кто не был новгородским гражданином, не имел права смещать должностных лиц без суда. Роль князя в управлении Псковом была более значительной, чем в Новгороде.

В суде и управлении Новгорода и Пскова рядом с фигурой иноземного князя, действующего в рамках жесткого договора, выделяется фигура посадника, выборного из числа местных аристократов. Как представитель княжеской администрации посадник известен еще в Киевской Руси. С X и примерно до XII в. он назначался киевским князем, прежде всего в завоеванные города, как его помощник и заместитель. Главной задачей посадника в то время был сбор "урока" в пользу князя, но он осуществлял и судебную власть. Однако в Новгороде XII в. посадника уже не назначают, а выбирают на вече. Посадник избирается сначала пожизненно, позднее – на короткие сроки, чтобы избежать попыток узурпации власти со стороны его рода. В Новгороде посадник был один. После 1130 г. Псков стал самостоятельно выбирать двух своих посадников, прежде назначавшихся из Новгорода.

Посаднику принадлежала инициатива установления и отмены законов, судебная власть наравне с князем и власть административная. Псковская судная грамота содержит древнейший из известных русских текстов присяги должностного лица (ст. 3), которую приносил посадник. Посадник по ходу своей деятельности мог установить пробелы в псковском законодательстве, но самостоятельно ликвидировать эти пробелы не имел нрава, а должен был представить свои предложения на утверждение веча (ст. 108). Вне осуществления своих должностных обязанностей посадник оставался гражданином Пскова (Новгорода), обязан был подчиняться его законам, сохранял связь со своей соседской общиной и выступал в качестве частного лица, если речь шла о защите его частных интересов.

Сотские и тысяцкий – тоже древние выборные должности. Тысячно-сотенное деление в Новгороде было формой организации свободного непривилегированного населения. Однако с конца XIII в. упоминания сотских в официальных актах Новгорода уже не встречаются. Тысяцкий же продолжает фигурировать во всех новгородских договорных грамотах. Что касается Пскова, то здесь сотские занимают более высокое положение – наряду с судом в составе господи (боярской думы) они выступают как официальные удостоверители земельных сделок и проведенной при этом межи.

Новгородско-псковское политическое устройство отличал от других земель и княжеств более определенный состав боярской думы. Это было естественным для аристократических республик, каковыми они являлись. В состав Новгородского совета входило 300 господ, в том числе новгородский владыка, княжеский наместник, посадник, тысяцкий, бывшие посадники и тысяцкие, просто бояре. Совет заседал во дворце архиепископа. В Пскове избиралось два посадника, т.е. были несколько сильнее развиты демократические начала. Князь и вече назначали правителей в провинции в двойном количестве (один от князя, другой – от веча).

Большая роль в государственных делах Новгорода принадлежала архиепископам и архимандритам. Относительная церковная независимость епархии от митрополита была подготовлена в ходе борьбы за автономию республики. Изменение структуры посадничества подготовило почву для внедрения владыки в светское судоустройство республики и дальнейшей эмансипации новгородской церкви от митрополита. Усиление роли новгородского владыки постоянно вызывало серьезные опасения боярской олигархии. В противовес ему боярство способствовало созданию организации черного духовенства во главе с архимандритом, тесно связанной с городскими концами, с одной стороны, и стоящей вне юрисдикции новгородского иерарха – с другой. Архимандрития подчинялась вечу и формировалась им, опиралась на кончанское представительство и экономически обеспечивалось громадными монастырскими вотчинами [2] .