МЕЖДУНАРОДНЫЙ ХАРАКТЕР ИССЛЕДОВАНИЯ ВСЕЛЕННОЙ

Общепланетные проблемы, по сущест­ву, являются международными. В этом существенная особенность социально-по­литических аспектов космонавтики, име­ющей интернациональную природу с точ­ки зрения как средств и возможностей, так и результатов выполнения космиче­ских программ.

Международный характер изучения и использования космоса выражается в ря­де факторов, внутренне присущих косми-

ч'еским исследованиям. Эксперименты Ъ Космосе, как правило, имеют комплексную структуру: работа спут­ников сопровождается работой наземных станций сле­жения и наблюдения, разбросанных по всему земному шару, контрольными и дополняющими измерениями с земной и водной поверхности, с аэростатов и самолетов. Космические аппараты не признают государственных границ, большинство из них за полтора часа совершают полный оборот вокруг Земли, они всесторонне исследу­ют планету, и результаты их работы — особенно в об­ласти связи, службы погоды, разведки земных ресур­сов — нужны каждой стране. Что же касается близких перспектив, то человечество уже поставило перед собой такие грандиозные задачи ро дальнейшему проникнове­нию в глубины Вселенной, решить которые собствен­ными силами не может ни одно государство. Это при­знает, например, представитель самой богатой капита­листической державы, американский конгрессмен Дж. Карт, который сказал на симпозиуме Американ­ского астронавтического общества: «Я исхожу из здра­вого рассуждения, что ни мы, ни Советский Союз, ни западноевропейские, ни азиатские страны не могут по­зволить себе роскоши осуществлять все основные ис­следования Солнечной системы в одиночку».

С другой стороны, многие ученые полагают, что вну­тренне присущим, имманентным свойством, «распола­гающим» к международному сотрудничеству, обладают не только космические исследования, а и сам космос. Он безграничен. Каждый может прилагать усилия в ка­ком угодно направлении, ибо столкновение интересов, «теснота», скажем, в пределах Солнечной системы — вещь совершенно невероятная для обозримого будущего.

Наконец, некоторые частные явления, происходя­щие в космосе, могут служить дополнительным факто­ром объединения усилий государств в исследовании от­дельных космических объектов или в исследованиях Земли, связанных с конкретными космическими усло­виями. В периоды различных состояний Солнца (ак­тивного и спокойного) ученые разных стран проводят многочисленные совместные исследования по проблемам солнечно-земных связей. Далеко не последней причиной того факта, что в 1971 году планету Марс одновременно исследовали советские автоматические станции «Марс-2» и «Марс-3» и американская «Маринер-9», причем обе страны проводили обмен оперативной ин­формацией, было то обстоятельство, что 1971 год был годом «великого противостояния» этой планеты, про­исходящего один раз в 15—17 лет. Так что у современ­ных астрономов появляются веские основания пред­лагать календарные планы для тех или иных практи­ческих начинаний в космосе.

Интернациональный характер космонавтики высту­пает как объективная возможность для сил мира и про­гресса обеспечить использование достижений космонав­тики на благо человечества. На этой благоприятной ос­нове успешно развивается практика международного сотрудничества государств, ученых и специалистов в изучении и освоении космического пространства. Ска­занное можно проиллюстрировать на примере участия пашей страны в системе международных связей и ме­роприятий в сфере космических исследований. Совет­ский Союз занимается всеми областями изучения и ис­пользования космоса в мирных целях, сотрудничает с десятками государств мира и основными международ­ными научными организациями, связанными с космо­навтикой (Международная астронавтическая федера­ция, Комитет по исследованию космического простран­ства и другие).

Существуют международно-правовые документы в виде соглашений или их проектов, закрепляющие прин­ципы блага для всех и предотвращения ущерба для кого бы то ни было на новом поприще человеческого труда — в космосе (договор 1963 года о запрещении испытаний ядерного оружия в атмосфере, космическом простран­стве и под водой; договор 1967 года о принципах дея­тельности государств по исследованию и использованию космического пространства, включая Луну и другие небесные тела; советский проект 1971 года договора о Луне; советский проект 1972 года конвенции о прин­ципах использования государствами искусственных спутников Земли для непосредственного телевизионного вещания). Надо заметить, что создание обширного пра­вового плацдарма не только для нынешних, но по пре­имуществу для будущих начинаний человечества в кос­мосе представляет собой широкомасштабное и одновре­менно достаточно конкретизированное опережение об­щественным сознанием общественного бытия. Подго­товка такого рода соглашений — беспрецедентный факт в истории международных отношений.

Некоторые важные моменты нового правосознания заслуживают особого внимания. Только 29% поверхно­сти Земли находится под суверенитетом государств, а 71% (океаны, моря, Антарктида) не имеют перспектив на государственное присвоение и принадлежат челове­честву в целом. Конечно, распределенная между госу­дарствами четверть с лишним земной поверхности охватывает практически всю пригодную для обитания современного человека сушу. Но в дальней перспективе пригодными будут и вода, и Антарктида, и космос, и не­бесные тела. Новые области будущего обитания чело­века призваны остаться общим достоянием землян.

Человек вышел в космос, шагнул или послал свою технику на другие небесные тела. До космической эры территориальный суверенитет государств не имел верх­них пределов: теоретически он шел конусообразно вниз, к центру Земли, и неограниченно вверх. Теперь от та­кого понимания, во всяком случае «верха», пришлось от­казаться ввиду полетов спутников и вопрос стоит лишь об уточнении границы между воздушным и космиче­ским пространством (кроме того, интернациональной стала Антарктида, которая одно время была разделена по секторам между государствами).

Таким образом, мы присутствуем при колоссальном расширении сферы именно интернациональных владе­ний человечества. В этом, между прочим, состоит корен­ное отличие эры космоса от эпохи великих географиче­ских открытий, за которыми последовала полоса захва­тов и создание колониальной системы на Земле. И это, несомненно, отражает тот факт, что освоение космоса ныне происходит в новую историческую эпоху — эпоху перехода от капитализма к коммунизму, утверждающе­му иной принцип собственности и деятельности чело­века, чем капитализм. Принцип интернационального владения, освоения без присвоения, очевидно, будет ак­тивно защищаться и оберегаться силами прогресса, ког­да дело дойдет до практического и широкомасштабного обживання новых мест, включая космос. Возможно также, что интернационализация новых мест деятель­ности и обитания человека послужит преддверием к безгосударственной структуре будущего коммунистиче­ского общества в мировом масштабе.

Возникновение и расширение сфер международных интересов и практики человечества способствуют сбли­жению народов. Вместе с тем становится очевидным, что такое сближение наталкивается на различия социаль­ных систем. Это становится особенно ясным, когда мы рассматриваем другую базу «космического» правосоз­нания, а именно то обстоятельство, что освоение космоса дает возможность воздействовать на большие контин­генты людей. Например, спутники связи представляют

6 А. Урсул, Ю. Школешга 81 собой мощное средство влияния на духовную жизнь людей, на формирование личности в результате соеди­нения космической техники с телевидением, когда в недалеком будущем станет реальностью трансляция те­левизионных программ непосредственно на экраны до­машних телевизоров. В связи с этим возрастает коллек­тивная ответственность, направленная против попыток произвольного использования технических средств кос­монавтики, превращения их в орудие пропаганды реак­ционных, антигуманных идей.

Здесь мы имеем дело не с простым ростом потока информации, а с качественным изменением роли самой информации. Мир контактов между людьми стал не­обходим каждому. Информация нужна нам не меньше, чем материальные предметы, которые нам служат в ра­боте и в быту. Специалистами в области медицины и психологии доказано, что в условиях так называемой сенсорной изоляции (полного отсутствия информации о внешнем мире) человек быстро сходит с ума. И вот теперь в нашу жизнь вошел такой доступный, образно­зрительный, легко преодолевающий языковые барьеры вид коммуникации, каким является современное телеви­дение. Благодаря спутникам единые системы телевизи­онного вещания могут теперь обслуживать практиче­ски всю планету. Но если при этом не будут учитывать­ся государственные, национальные, этические и другие традиции, если народам и странам будут внушаться чуждые для них идеи, это может привести к ситуации «информационного шока», «культурного шока», когда зритель окажется, так сказать, в «вакууме», раздвоен­ным между несовместимыми образами жизни и мышле­ния — в реальной действительности и на телевизионном экране. Вот почему свобода использования космическо­го пространства и небесных тел, предполагаемая ввиду отсутствия на них собственности, должна быть ограни­чена во всех тех случаях, когда проявление этой свобо­ды может причинить ущерб человечеству или его части. Это есть разумное ограничение свободы, защита людей от произвола, от «космического пиратства», идеологиче­ских диверсий. Именно так проявляет себя в политике и праве тот стержень, сердцевина современной космиза- ции сознания, о которой мы говорили и которая заклю­чается в возросшем чувстве ответственности за судьбы всех жителей планеты.

Эта особенность космической эры, состоящая в при­оритете международной ответственности над свободой в использовании технических возможностей космонавти­ки, настолько очевидна, что начинает осознаваться и признаваться даже некоторыми буржуазными идеолога­ми. Весьма симптоматично, что, например, американ­ский специалист в области социологических проблем космонавтики Д. Микаэл предостерегает против увлече­ния технико-манипуляторской стороной внедрения идей и признает необходимость удовлетворительного реше­ния проблем контроля над содержанием передач через спутники. «Эти проблемы должны быть решены, и должны быть созданы новые международные отноше­ния, которые потребуют определенной корректировки наших понятий свободы слова, рекламы и предприни­мательства».

Здесь интересен шаг в сторону переосмысления од­ного из основополагающих принципов буржуазного об­щества — принципа свободы, понимаемой как свобода частного предпринимательства. Мы уже видели, что в космосе благодаря усилиям прогрессивного человече­ства не действует принцип присвоения, нет в нем и «свободы» причинять материальный или моральный ущерб той или иной части населения Земли. Теперь представители буржуазного строя уже не могут гово­рить об «абсолютной» и «неограниченной» свободе част- ного предпринимательства, и это, безусловно, положи­тельный фактор нашего времени.

Однако приходится констатировать, что в целом буржуазная социологическая и философская мысль дает такую картину международных аспектов освоения кос­моса, которая не всегда и не во всем отражает дейст­вительное положение вещей. Среди зарубежных социо­логов и ученых распространено убеждение в том, что дальнейшее освоение космоса почти автоматически от­влечет людей от войны, создаст обстановку «дружест­венной рациональности», по выражению известного американского специалиста в области ракетной техники К. Эрике. Существуют и расширительные трактовки «солидаризирующего» воздействия космонавтики на со­общество жителей планеты. При этом верно подмечен­ные тенденции часто гипертрофируются. Например, французский кибернетик А. Дюкрок, приветствуя при­знание принципа общечеловеческого владения космосом и небесными телами, говорит о «настоящей юридиче­ской и моральной революции»: «Люди были неспо­собны договориться о программе организации Земли. Но завоевание космоса открывает то, чего никогда не могла обеспечить история». Ему вторит американский эконо­мист Л. Силк: «Космос, этот безбрежный океан, в ко­тором плавает наша крохотная лодка жизни, может взять па себя решение человеческой судьбы».

Подобные воззрения представляют собой разновид­ность современного буржуазного «просветительства» в космическом плане. Да, универсальность применения космической техники дает возможность для ее мирного использования в интересах людей. Это тоже одна из объективных «миротворческих» особенностей космонав­тики. Однако иллюзорность веры в автоматизм воздей­ствия и в тотальность этих особенностей доказывается, прежде всего, некоторыми сторонами практики импе­риалистического характера, особенно в первые годы эры космоса.

В 1962 году США взорвали на высоте около 400 ки­лометров водородную бомбу мощностью в 1,4 мегатон­ны. В 1963 году для экспериментов с радиоволнами американцы провели так называемую операцию «Уэст Форд», выбросив в космос 400 миллионов металличе­ских иголок. Английский астроном Б. Ловелл сказал по этому поводу: «Вред заключается не только в данном эксперименте, айв складе ума, который делает воз­можными подобные эксперименты без международных соглашений и мер предосторожности». Потребовались энергичные действия советской дипломатии и прогрес­сивных сил мира, чтобы пресечь эти опасные тенденции, возникшие на заре космической эры. Мы знаем, что эти действия и усилия оказались плодотворными. Но сни­жать настойчивость и бдительность в этом направлении нет никаких оснований.

Когда мы говорим о международном сотрудничестве в освоении космоса, не следует упускать из виду и еще одно немаловажное обстоятельство. Внутри этого со­трудничества, в его рамках, имеются противоположные тенденции. Участие стран социалистической системы наиболее наглядно выражает одну из них — тенденцию к распространению на всю планету, на космос и не­бесные тела гуманных принципов равноправия и блага для всего человечества. Однако существует и другая, империалистическая, тенденция — распространить на космос, эту новую область совместной деятельности на­родов, старые методы господства монополий, корыстные интересы которых прикрываются фразами о благотвор­ности и взаимной полезности сотрудничества в освое­нии космоса.

В наиболее очевидных формах такая тенденция про­являет себя в некоторых международных космических мероприятиях, в которых участвуют ведущие ракетно­космические фирмы Соединенных Штатов. Так, напри­мер, система спутниковой связи «Интелсат», в которую входят несколько десятков государств, является фак­тически международным «акционерным обществом», где голоса и льготы распределяются не по числу участ­вующих государств и не в зависимости от их реальных нужд, а по вложенному капиталу. США, имеющие боль­ше половины вложений, занимают там господствующее положение, привлекая дополнительные средства других стран. Совершенно ясно, что подобная система, по суще­ству, не является международной и не имеет перспектив стать таковой в будущем. Участвующие в ней государ­ства либо находятся в экрномической и политической зависимости от США (например, Южная Корея, Изра­иль) , либо расценивают свое пребывание в системе как временное, пока они не будут в состоянии создать свои собственные системы спутниковой связи (например, страны Западной Европы). Вот что говорит об ущерб­ности «Интелсата» в качестве международного учреж­дения французский журнал «Космическое право»: «Не предусмотрено никакого органа, где каждый из членов имел бы свой голос и где все они могли бы определять основную политическую ориентацию системы. США благодаря весу своего голоса пользуются там привиле­гированным и преобладающим положением».

Отход от принципов международного сотрудничест­ва, наблюдаемый в деятельности системы «Интелсат», показывает, что усилия по обеспечению подлинно ин­тернационального подхода к освоению космоса особен­но необходимы в тех случаях, когда космические раз­работки выходят из стадии сугубо научных исследо­ваний и приобретают практическую направленность. Весьма примечательна в связи с этим точка зрения ру­ководителя космических служб Национальной академии наук США X. Одишоу. Сравнивая сотрудничество в ос­воении космоса с исследованием Антарктиды, Одишоу утверждает, что международное сотрудничество в изу­чении этого континента стало возможным, главным об­разом, потому, что единственный его экспорт — научная информация, и обстановка не была бы столь безмятеж­ной, если бы из Антарктиды вывозились ценные иско­паемые и сырье.

Подобные тенденции империалистического толка своевременно вскрываются и осуждаются прогрессив­ными учеными и общественными деятелями Запада. «Преследование старых целей новыми средствами,— писал английский ученый и активный участник движе­ния сторонников мира Дж. Бернал,— уже ведет к раз­рушению цивилизации и грозит полным уничтожением человечества».

Вполне понятно, что империалистическая тенденция в космических мероприятиях не может иметь преобла­дающего и всеохватывающего характера, что исследо­вание и освоение космоса, будучи интернациональными по природе, требуют адекватных международных поли­тических решений. Вот почему, несмотря на такую им­периалистическую тенденцию и вопреки ей, возможно и становится действительностью сотрудничество между странами различных социальных систем по конкретным космическим разработкам.

В свете только что сказанного имеет важное значе­ние совместный полет космических кораблей «Союз-19» и «Аполлон», осуществленный в июле 1975 года. Ра­бота советских и американских космонавтов — не толь­ко впечатляющая демонстрация действий людей двух стран на космических кораблях, заключающих в себе все лучшее и передовое, что создано мыслью и умением человечества к последней четверти нашего столетия. Этот эксперимент закладывает также основы объединен­ной работы в космосе, помогает отработать методику совместных операций и помощи в случае аварийных ситуаций при одновременных полетах кораблей разных стран (а число стран, запускающих пилотируемые ко­рабли, будет расти), знаменует собой переход от сотруд­ничества в исследовании космоса автоматами к прямо­му сотрудничеству в самом космическом пространстве. И от прецедентов, от складывающихся традиций бу­дет во многом зависеть характер взаимоотношений и взаимодействия между людьми, которые начнут выхо­дить в космос уже не эпизодически.

Экспериментальный полет «Союз» — «Аполлон» (ЭПАС) позволил впервые в истории космонавтики осу­ществить стыковку космических кораблей двух стран во имя гуманной цели — обеспечения безопасности по­летов человека в просторы Вселенной. Успешная сты­ковка в космосе — это подтверждение правильности на­учно-технических решений, это венец огромной работы, которую провели советские и американские ученые, конструкторы, инженеры, техники, рабочие, все орга­низации, принимавшие участие в подготовке и осуще­ствлении совместного экспериментального полета кос­мических кораблей двух стран. Этот полет вместе с тем имеет огромный социально-политический резонанс, яв­ляет собой событие эпохального значения, результат и символ разрядки международной напряженпости. Осу­ществление этого полета — яркий пример претворения в жизнь КПСС и Советским правительством ленинских принципов мирного сосуществования государств с раз­личным общественным строем и вместе с тем всемирное признание этих принципов в качестве основы межгосу­дарственных отношений. Как подчеркнул Генеральный секретарь ЦК КПСС товарищ JI. И. Брежнев в своем приветствии экипажам кораблей «Союз-19» и «Аполлон», «разрядка напряженности, позитивные сдвиги в совет- ско-американских отношениях создали условия для про­ведения первого международного космического полета. Открываются новые возможности для широкого плодо­творного развития научных связей между странами и пародами в интересах мира и прогресса всего человече­ства».

Как отмечается в этом приветствии, состыкованная система кораблей «Союз — Аполлон» является прооб­разом будущих международных орбитальных станций. Эту мысль товарища JI. И. Брежнева продолжил пре­зидент США Джеральд Р. Форд в приветствии Гене­ральному секретарю ЦК КПСС по случаю успешного за­вершения полета «Союза-19». Он выразил уверенность, что примеру экипажей «Аполлона» и «Союза» последу­ют и другие и в результате будет внесен еще больший вклад в дело научного познания и лучшего международ­ного взаимопонимания.

Благодаря первому совместному полету станут в дальнейшем возможными и другие. Вполне понятно, что такая возможность может быть реализована лишь в ус­ловиях дальнейшего углубления разрядки в междуна­родных отношениях, улучшения политического клима­та на нашей планете. Наша страна, руководствуясь Программой Мира, принятой XXIV съездом КПСС, вы­ступает за то, чтобы мирное сосуществование стало принципом и нормой в отношениях государств с различ­ным социально-политическим строем, постоянно дейст­вующим фактором сотрудничества между народами. Со­ветский Союз готов участвовать совместно с другими странами не только в освоении космического простран­ства, но и в освоении Мирового океана, энергетических и минеральных ресурсов, в решении проблемы сохране­ния и улучшения природной среды и в других научно­технических начинаниях, требующих объединения уси­лий и средств человечества.

«Рукопожатие на орбите», как образно назвали встречу и работу в космосе экипажей кораблей «Союз» и «Аполлон», является впечатляющим примером мир­ного сотрудничества между народами, их готовности к совместному развитию науки и техники в освоении кос­мического пространства в мирных, созидательных це­лях. Эта «стыковка двух стран в космосе» (эта фраза была сказана летчиком-космонавтом В. И. Севастьяно­вым с борта долговременной орбитальной станции «Са­лют-4», экипаж которой вел свою трудовую вахту во время совместного советско-американского эксперимен­та), ставшая возможной в результате разрядки, в свою очередь способствует дальнейшей разрядке на Земле, развитию взаимовыгодного, сотрудничества между на­резами всей нашей планеты. Важное значение совмест­ного полета по программе «Союз — Аполлон» состоит в том, что он существенно способствует не только выходу на более высокую орбиту советско-американского науч­но-технического сотрудничества, но и отвечает инте­ресам народов всего мира, демонстрирует возможность решения сложнейших задач науки и техники объеди­ненными усилиями во имя прогресса на Земле, способ­ствует налаживанию эффективного международного сотрудничества в других сферах человеческой деятель­ности.

Эта впечатляющая демонстрация необходимости объединения усилий всех землян особенно нужна в нашу эпоху, когда бурный научно-технический и со­циальный прогресс поставил беспрецедентные по своей важности, масштабности и сложности задачи. Всем нам, кто еще ни разу не был в космосе, наша Земля, живущее на ней человечество представляется чем-то не­вообразимо огромным, единство которого можно постичь лишь в абстракции. Космонавты же имеют возможность воочию видеть эту предсказываемую абстракцией «ма­лость» Земли, остро ощущать необходимость объедине­ния усилий жителей Земли не только для решения про­блем космических, но и сугубо земных, проблем подлин­но человеческих, которые нужно решать всем обитате­лям нашей планеты.

Итак, международная ответственность, совместные действия человечества — вот характернейшая черта, знамение космической эры. Интернациональная приро­да космических исследований и разработок служит объ­ективной основой сближения жителей нашей планеты и одновременно повышает чувство ответственности и заботы за жизнь и благополучие всего сообщества зем­лян. Можно сказать, что космос и космонавтика начи­нают оказывать «давление» на земной мир в сторону более прогрессивного социального устройства на всей планете, позитивного изменения социального климата Земли. Конечно, это совершенно не означает, что проис­ходит понимаемый по-техницистски процесс социаль­ного воздействия науки и техники на общество. В дей­ствительности создаются объективные и материальные предпосылки для прогрессивных социальных решений. Использовать эти новые предпосылки — задача сил мира, демократии, социализма. И торжество социальной справедливости на Земле, окончательный мир на нашей планете будут также означать достижение соответствия между сущностью космической эры и обществом, ко­торое открыло эту эру.