Если Россия хочет взвалить на себя груз сирийских проблем, то пусть она их получит

Отношения между Москвой и Вашингтоном продолжают ухудшаться по целому ряду позиций. Вопреки ожиданиям американцев, поддерживающих более примирительную политику в отношении России (тогда как другие испытывают страх и считают необходимым конфронтационный подход), натянутые отношение периода правления администрации Обамы не потеплели после прихода в Белый дом Дональда Трампа. Новый президент отошел от своих сделанных во время президентской кампании 2016 года заявлений о том, что он пересмотрит экономические санкции, введенные его предшественником после российской аннексии Крыма и поддержки Москвой сепаратистских сил на востоке Украины. Не только администрация внесла изменения в свою политику, но и Конгресс находится сегодня в воинственном антироссийском настроении. Сенат только что 98 голосами против 2 ввел дополнительные санкции в отношении Москвы в ответ на предполагаемое вмешательство Москвы в американские выборы в 2016 году. Этому голосованию предшествовал поток злобных осуждений Владимира Путина и поведения России в целом, и эта тема в течение нескольких месяцев является основной для средств массовой информации. Российские официальные лица с все возрастающим возмущением и раздражением реагируют на растущую враждебность Вашингтона.

По одному вопросу, по вопросу о Сирии, напряженность в двусторонних отношениях особенно усиливается — до тревожного уровня. Эта враждебность формировались годами. Сотрудники администрация Обамы открыто поддерживали повстанцев, в среде которых доминирующую роль играют сунниты. Эти группировки вот уже в течение почти шести лет ведут борьбу, целью которой является отстранение от власти режим религиозного меньшинства Башара аль-Асада (алавиты, друзы и христиане). Москву глубоко возмущает позиция Соединенных Штатов, поскольку семья Асада давно является российским геополитическим клиентом. После продолжавшихся в течение более четырех лет возмущений и негодований по поводу вторжения Вашингтона в страну, которую Кремль рассматривает как законную часть сферы своего влияния, Путин в 2015 году разместил в Сирии вооруженный контингент для защиты оказавшегося в осаде правительства Асада. Поскольку в то время американские военные уже действовали в Сирии и оказывали помощь отдельным повстанческим группировкам, этот шаг создал опасную по своей сути ситуацию.

И она становится все более угрожающей. Последний инцидент произошел всего несколько дней назад, когда американский самолет сбил истребитель сирийских правительственных сил, атаковавший поддерживаемых Соединенными Штатами повстанцев. Москва в ответ заявила о том, что теперь она будет рассматривать в качестве целей коалиционные летательные аппараты, включая американские самолеты, действующие в сирийском воздушном пространстве. Этому шагу немного не хватило для того, чтобы быть воспринятому как намерение сбивать любые самолеты, которые, по мнению России, будут представлять опасность для российских сил или их сирийских союзников. Угроза прямого военного столкновения между Соединенными Штатами и Россией по поводу Сирии уже ужа давно перестала быть плодом параноидальной фантазии.

Это далеко не единственное свидетельство непоследовательности американской политики в отношении Сирии. Попытки Вашингтона таким образом наладить поддержку, чтобы она усиливала так называемых сирийских умеренных, приводят к многочисленным конфузам. Программа администрации Обамы по выявлению и подготовке умеренных боевиков превратилась в фиаско на сумму в 500 миллионов долларов — подготовить удалось всего несколько боевиков, большая часть которых были сразу же захвачены противниками или сами сдались им. Другие такого рода попытки оказались не намного лучше. Однажды поддерживаемая ЦРУ группировка, судя по всему, вступила в бой с другой группировкой, которую поддерживает Пентагон. А недавно Вашингтон оказался перед дилеммой, и произошло это в тот момент, когда член НАТО Турция атаковала сирийские курдские формирования, которые с американской помощью ведут борьбу против Исламского государства (запрещенная в России организация).

Россия особенно озадачена заигрыванием американцев с такими группировками, которые весьма далеки от того, чтобы считаться светскими и умеренными. Одной из них является Фронт аль-Нусра, которая в свое время была филиалом «Аль-Каиды» и Сирии. Бывший директор ЦРУ Дэвид Петреус (David Petraeus) открыто выступил в поддержку военного сотрудничества Америки с этой организацией. Другие де-факто союзники Америки демонстрируют немалое количество признаков того, что они являются исламистами, а не умеренными — даже с учетом широкого толкования последнего термина. Гнев Москвы достиг нового уровня в течение последних нескольких недель, когда Соединенные Штаты начали наносить авиаудары в юго-восточной части Сирии по формированиям ополчения, являющимся союзниками режима Асада. Россия утверждает, что эти формирования ведут борьбу с Исламским государством, а также с другими воинственными группировками, тогда как действия Вашингтона играют на руку исламским террористам. И Кремль, и Белый дом должны предпринять серьезные шаги для того, чтобы разрядить растущую напряженность, и сделать это нужно еще до катастрофического по своим последствиям столкновения, которое может произойти между российскими и американскими силами в Сирии. Значительную часть изменений придется предпринять американской стороне.

Соединенные Штаты должны считаться с мнением России в том, что касается политики в отношении Сирии. Москва имеет значительно более важные интересы в области безопасности в Сирии, а также на всем Ближнем Востоке. Северная часть Сирии расположена всего в 1000 километрах от российских рубежей. А от Америки Сирия находится на расстоянии в 10 тысяч километров. В процессе изменения своей позиции с учетом интересов России Вашингтон мог бы также переложить ответственность и риски на Кремль.

Вызывает сомнение такой вариант, при котором какая-то внешняя сила сможет, на самом деле, положить конец войне в Сирии, не говоря уже о восстановлении стабильной и единой страны. Подобного рода вмешательство пока только вызывало негодование и возмездие со стороны террористов. Пусть лучше Россия возьмет на себя риски и негативные последствия геополитического вмешательства, чем это сделают Соединенные Штаты. Сирия вполне может стать вторым Афганистаном для России. Это стало бы трагедией, но это более предпочтительный для Сирии вариант, чем стать еще одним Вьетнамом или Ираком для американцев. А продолжение вмешательства Соединенных Штатов в Сирии, конечно же, не стоит того, чтобы стать поводом для начала новой холодной — а, возможно, даже горячей — войны с Россией. Однако наше государство идет именно по этому рискованному пути.